Курсант. На Берлин

— Ни в коем разе. Сегодня исключительно отдых. Можно мне пока выпить вина в вашем заведении?– Я повернулся в сторону общей залы, двери которой были открыты настежь.

Большая, просторная комната напоминала что-то среднее между баром и скромным местечковым рестораном. Там имелись столики. Некоторые из них уже были заняты гостями и девушками. Похоже, народ начал расслабляться. Возле стойки с алкоголем суетилась барышня в мужском костюме-тройке, с ярко-красными губами и волосами, уложенными на манер времен НЭПа. В углу какой-то кудрявый малый наяривал на пианино.

Я покрутил головой в поисках того, кто меня окликнул.

— Алексей! Как же здорово! Как я рад снова встретить тебя!

От одного из столиков в мою сторону шел Осмо Куусари, полковник в отставке.

Вместо большой рыбы я получаю кукиш и новые сюрпризы

Эх, дядя Коля, дядя Коля… Видимо, он слишком сильно перестраховывается. Опасается подвоха со стороны финской сыскной полиции.

Естественно, Клячин в курсе, что ее непосредственный начальник взял меня под свое крылышко.

Собственно говоря, наша с Эско теплая «дружба» вообще не секрет для многих. Финляндия — как маленькая деревня. На одном конце плюнул, на втором уже кто-то утирается. К тому же, своим вмешательством Эско перешел дорогу другому ведомству. Те тоже, думаю, слишком громко возмущались.

Риекки не распространялся на этот счет, да и я не спрашивал, но уверен, с военной разведкой ему в любом случае пришлось пободаться.

Либо…Либо я ошибся и цели дяди Коли совсем не такие, как представлялось.

Почти час прошел с моего появления в салоне, а Клячиным даже не пахло. Вообще. Хотя по всем предварительным расчётам он обязательно должен был уже появиться.

Ну и еще один вопрос. Я не знаю о Николае Николаевиче ни черта. Имею в виду, о его появлении в Хельсинки. Но что Николай Николаевич знает обо мне? И знает ли?

Панасыч говорил, будто для всех Алеша Реутов станет предателем, сбежавшим за границу. Врагом народа. Причем, Шипко несколько раз уточнил, кроме Бернеса, Подкидыша и, соответственно, Сталина, никто не будет знать правды.

И вот только сейчас, сидя в финском борделе, (самое подходящее, конечно, для прозрения место) я вдруг подумал, а Берия? Бекетов? Они тоже пребывают в уверенности, будто слушатель Реутов сбежал? Хотел бы я видеть физиономию товарища старшего майора госбезопасности, когда ему сообщили эту новость.

Тогда ситуация с дядей Колей становится ещё более туманной. И в принципе, вполне может повернуться другой стороной.