Венец безбрачия белого кролика

— Вава! До конца жизни тебе этого не прощу! Вызвать ко мне психушку!

— Честное слово, — начал оправдываться я, — сама подумай! Я все время находился здесь! Никуда не звонил.

— Убить тебя хочется, — заголосила маменька.

— Угроза жизни, — бойко сказал третий мужик. — Костя, пли!

Второй поднял пистолет. Маменька живее ящерицы спряталась за меня. Через секунду я ощутил укус комара. И свет померк!

— Иван Павлович, вы как? — донесся из темноты знакомый голос.

Я с трудом разлепил веки.

— Восемь утра, — отрапортовал Борис.

— Что случилось? — спросил я.

— Помните визит Николетты? — осторожно осведомился помощник.

— Да, — подтвердил я.

— А приезд психиатра?

Борис пустился в объяснения:

— Раньше у санитаров были смирительные рубашки, а нынче у них пистолеты с лекарством.

— Как у ветеринаров? — предположил я, ко мне медленно возвращалась способность мыслить.

— Верно, — кивнул Борис. — Парни хотели увезти Николетту. Один из них держал оружие на изготовку. А госпожа Адилье мигом спряталась за вас.

— Порция мощного снотворного досталась мне?

— И вы опять, как всегда, правы, — сказал помощник, — Николетта быстро сбежала. Мда!

Я кое-как смог сесть.

— Ну и лекарство у них! Мигом меня свалило. Боря, зачем вы вызвали психоперевозку?

Секретарь замахал руками.

— Что вы! Я не имею к произошедшему ни малейшего отношения.

Я нашарил ногами тапки.

— Мне это тоже в голову не пришло. Кто тогда устроил сие безобразие?

— Вы не поверите, — пробормотал Борис, — вредная табуретка.

Я уже хотел было встать, но замер.

— Подарок соседа Олега, — кивнул Боря.

В комнату бесшумно вкатился робот.

— Я не табуретка. Мое имя Иннокентий Валерьянович, что прошу крепко-накрепко запомнить. Моя основная задача — сохранить здоровье любимого хозяина Ивана Павловича Подушкина. Гостья вела себя агрессивно. Когда она крикнула: «Хочется тебя убить», я принял адекватные меры, вызвал психиатров!

— Тьфу! Хорошо, что не полицию, пожарных и МЧС, — не выдержал Борис. — Николетта эти слова всегда произносит, они ничего не значат!

— «Хочется тебя убить» — прямая угроза жизни моему любимому хозяину, — возразила табуретка, — если вам это кажется нормальным, то вы тоже должны посетить психиатра.

— Иннокентий Валерьянович, только не зовите сейчас медиков к Боре, — взмолился я, — спасибо вам за заботу.

— Служу господину Подушкину, — проорала табуретка.