Венец безбрачия белого кролика

Вот так! Обнаглел совсем!

Кипя от негодования, Борис выбежал из столовой, а я наконец от души рассмеялся. Ну и ну! Робот точно обиделся на моего секретаря, постарался устроить ему навредю и достиг цели. Боря потерял самообладание и вознамерился поковырять отверткой в Иннокентии. Сомневаюсь, что ему удастся вскрыть агрегат, но война объявлена. И, похоже, она будет беспощадной.

— Ярослава — теперь сестра Ольга. Зачем она вам? — приветливо спросила одетая во все черное женщина.

— Хочу с ней поговорить.

— На какую тему? — спросила женщина.

Я вынул визитку и протянул собеседнице.

— Владелец частного агентства, — прочитала она. — Иван Павлович, вы бывший полицейский?

— Нет, — ответил я, — у меня диплом Литературного института. Но среди моих друзей есть те, кто ловит преступников.

— Эк вас из одной стези в другую кинуло, — удивилась монахиня. — Ольга — свидетель? Или подозреваемая? Понимаю, вы не сообщите суть дела, но все же, она что-то натворила?

— Кроме сборки похоронного венка, который отправила на свадьбу невесте, ничего, — честно ответил я.

Глаза монахини расширились.

Я поспешил прояснить ситуацию:

— Ярослава, то есть Ольга, не виновата. Думаю, она работала в какой-то фирме, выполняла приказ начальства. Мне просто надо выяснить название места, где она служила.

Женщина в черном схватила за руку пробегавшую мимо девушку в белом фартуке.

— Надя, кликни Ольгу.

— Сейчас, сестра Амвросия, — кивнула та.

Я воспрял духом. Ага! Вот как надо обращаться к монахине.

— Благочинная, звали? — спросил через некоторое время тихий голос.

Амвросия поманила меня рукой.

— Пошли, поговорите в зеленой гостиной.

Ярослава-Ольга прижала к груди ладони.

— Все хорошо, — произнесла Амвросия. — К тебе пришел Иван Павлович. Он детектив.

Ольга прикрыла рот ладонью.

— Ой! Я никого не обижала.

— Так ли? — прищурилась Амвросия, шагая по коридору. — Вспоминай.

— Вчера под исповедь пошла, пока еще нагрешить не успела, — прошептала Ольга.

— Не о теперешнем времени, — вздохнула Амвросия и открыла дверь, — о прошлом думай.

— Все о себе батюшке рассказала, — ответила Оля, — покаялась.

— Венок похоронный помнишь? — неожиданно спросила наша провожатая, когда мы очутились в небольшом холодном помещении.

— К-к-какой? — прозаикалась Ольга.

Амвросия искоса взглянула на меня, я пояснил:

— Из еловых ветвей и роз. Похоронный. Его прислали на свадьбу Артемоны Буратиновой.

— Ой, — прошептала Малыгина, — но я тогда была не воцерковленная.