Люди крепче стен

— А мне нужно, чтобы вы делали все невозможное, — повысил голос Чуйков. — Докладывать мне каждый час!

Город Позен был взят русской армией. Пали все форты Цитадели, за исключением главной его крепости — «Виняры». В сравнении с Третьим рейхом форт «Виняры» был безмерно мал, что совершенно не имело значения, — это была немецкая земля, а значит, ее нужно было защищать, как отчий дом. Даже если предстоит испить горькую чашу поражения.

Русские настойчиво барабанили тяжелыми снарядами в центральные ворота крепости, и генерал-майор Гонелл понимал, что скоро они рухнут, но сил, чтобы противостоять натиску мортир и гаубиц, у него практически не оставалось. Танки и тяжелые орудия, окружавшие Позен, были уничтожены в первые недели боев. Полковые пушки и станковые пулеметы не могли соперничать с тяжелыми орудиями и танками. Ими можно было нанести только чувствительные уколы, уничтожая живую силу противника, рвущуюся на стену. Соперничать в живой силе с советской армией также было невозможно: русские быстро справлялись с потерями, усиливали потрепанные и подуставшие подразделения свежими пополнениями.

Эрнст Гонелл ежедневно связывался с Берлином, докладывал о текущей обстановке. На протяжении последней недели он твердил о том, что много раненых, что гарнизону требуются медикаменты. Верховное командование обещало помочь. И вот вчера вечером на территорию торгового двора с самолета был выброшен груз из трех больших мешков, два из которых угодили на территорию, контролируемую русскими.

Генерал-майор Гонелл смотрел на позиции советских солдат через амбразуру западной башни. Непроглядная темень. Только иной раз там вспыхивал блеклый огонек, пробивавшийся через маскировочную сетку. Для снайпера далековато, не достать. Миной тоже не накрыть. Да и нужно ли? В ответ русские ударят по крепости из всех орудий. Вместо желанного, пусть даже очень короткого отдыха, в ответ получишь бессонную ночь, а завтра с утра предстоит отражать очередной штурм противника, который имеет серьезное намерение взять крепость в ближайшие дни.

Невзирая на все предпринятые усилия, русским удалось построить мост через ров и переправить часть подразделений к стенам крепости. Не было никаких сомнений в том, что они станут штурмовать сразу после утреннего артиллерийского налета. О том, что это произойдет, говорило пение, доносившееся с позиций русских. Пели что-то протяжное, но явно ободряющее душу, потому что после таких песен русские сражались с особой яростью.