Кровавый Рим. Книги 1-9

У нее был резкий голос, в движениях ее отличали порывистость и неженская сила.

Страстью ее были гладиаторские бои. У отца она была любимицей. Он сквозь пальцы смотрел на проказы дочери: нескромное поведение, посещение гладиаторских школ и позорящие ее знакомства в среде всяких темных личностей.

С Марком Скавром она дружила с детства.

Молодой человек был ей под стать — такой же необузданный, испорченный богатством и страстью ко всему запретному. Их скорая свадьба считалась делом решенным. Настоящей любви между ними не было.

Однако относились они друг к другу с большой симпатией. Они отдавали себе отчет, что их будущий брак породнит две могущественные семьи, которые от этого сделаются еще более могущественными. Это их обоих вполне устраивало. Ни о чем другом они не думали.

Эмилия, изящная и нежная, у всех вызывала умиление. Ее называли «куколкой», «голубкой», «ласточкой». На нее засматривались многие знатные юноши. Она это знала, но ей нравилось быть скромницей, и она словно никого не замечала вокруг себя.

Только однажды она доверительно сообщила Антонии, что ей очень нравится приятель брата Фонтей Капитон.

Антония сразу одобрила выбор подруги. По ее мнению, Капитон всем был хорош: и высок ростом, и широкоплеч, и лицо у него мужественное, чего так не хватает ее жениху, который нежным обликом своим походил на сестру.

— Ну, вот и они! — воскликнула Антония, завидев показавшихся под аркой ворот Скавра, Капитона и Антипатра.

Антония и Эмилия замахали молодым людям руками, и те, увидев девушек, направились к ним.

— Их просто не узнать! — восторженно прощебетала Эмилия.

— Особенно хорош твой Капитон! — громко сказала Антония с явным намерением немного поддразнить подругу.

— Замолчи, пожалуйста! Что ты делаешь? — покраснев, как роза, торопливо проговорила Эмилия. — Ведь ты же обещала, что никогда ни словом, ни намеком не выдашь меня!..

— Да больно смотреть на вас обоих! Вы же сохнете друг без друга, клянусь стрелами Амура!

— Нет, нет, дорогая Антония! — испуганно зашептала Эмилия.

 — Прошу тебя, не выдавай меня!

— Ладно, не буду, — засмеялась Антония. — И все-таки странно мне это! Ты такая красавица и так робеешь в любви! Уж я бы на твоем месте вертела ими всеми как хотела! Хотя на что мне твоя красота? Я и без нее дразню кого надо! Ты бы видела, сколько самцов глазело на меня, когда я в одной полутунике, как девица из лупанара, упражнялась с мечом в гладиаторской школе.