Кровавый Рим. Книги 1-9

Пока мужчины переодевались и вооружались, Ювентина отошла в сторонку и, повернувшись лицом к городу, с беспокойством всматривалась в темноту.

Ей вдруг показалось, что там, за невидимыми в темноте холмами между Латинской дорогой и Целимонтанскими воротами, сверкнули и пропали огоньки.

И как раз в это самое время, к великой ее радости, повалил густой снег.

— О, Юпитер! — прошептала она. — О, ты, Аквилон, и все боги, кому подвластны снег и зимняя стужа! Сжальтесь над этими несчастными людьми! Скройте их от глаз врагов!.

.

К ней подошел Мемнон, поправляя под новым плащом перевязь с висевшим на ней тяжелым мечом в ножнах.

— Теперь ты можешь, ничего не опасаясь, вернуться в город, — ласково сказал он, беря ее руки в свои. — Смотри, какой снег! Не пройдет и четверти часа, как он заметет все следы…

— Ах, Мемнон! Если бы ты знал, как мне не хочется расставаться с тобой, — печально прозвучал в ответ ее голос. — У меня какое-то нехорошее предчувствие.

Александриец привлек ее к себе и поцеловал.

— Мы обязательно встретимся, любовь моя, — взволнованно проговорил он. — Я буду ждать тебя на вилле Минуция и не тронусь оттуда с места, пока не увижу тебя снова. И тогда… тогда мы больше никогда не расстанемся. Только смерть разлучит нас…

В это время гладиаторы побросали в кенотаф пустые мешки, сумки, а заодно с ними и свои старые, сшитые из лоскутьев плащи, после чего возвратили на место крышку гробницы.

— Вперед, ребята! — торопил всех Ириней.

 — Эватл и Геродор уже заждались нас в Трех Тавернах.

Беглецы двинулись по направлению к Аппиевой дороге, то и дело натыкаясь в темноте на могильные стелы и памятники.

Ювентина намеревалась по Аппиевой дороге вернуться в город через Капенские ворота. Отсюда до них было немногим более одной мили.

— Смотрите! Похоже, нас преследуют! — раздался встревоженный голос одного из гладиаторов.

Оглянувшись, все увидели сквозь снежную завесу падающего снега различимые во мраке огоньки факелов.

Они быстро передвигались где-то очень близко за Латинской дорогой.

— Всадники, — определил Сатир. — Скоро же они хватились нас, да будут прокляты все враждебные нам боги!

— Ну, теперь у нас в руках мечи! Изрубим в куски этих римских увальней! — яростно воскликнул один из галлов, Плохо выговаривая латинские слова.

— Подождем их здесь, — предложил Мемнон. — Не будем себя обнаруживать до поры до времени.