Звёздные врата. Пять чувств. Триллиум. Сборник. Кн. 1-13.

А Трое – иное проявление того, во что я верю. Капал. Добрую веру уважают все, будь она собственная от рождения или вера твоих друзей и родичей. Но мне кажется, этот символ сознательно извращен…

– Верно, лорд. Только те, кто полностью отдает себя Темным, позволяют так пометить себя. Они гордятся тем, что все видят их знак и боятся. Но есть такие, кто не боится, а ненавидит! – Он разжал руку, и голова пленника упала на землю.

– Очень старый способ. – Лорд Франс говорил словно сам с собой. – Высмеивать и унижать то, что может стать надеждой раба.

Да, старый, старый способ. Пора покончить с этим.

Они так и не узнали, каким образом лорду Бардону удалось убедить вождя. Но к концу дня он вернулся с известием, что все могут по тайному пути вернуться в крепость. Переход был долгим и медленным. А под землей остались две груды камней, обозначая могилы. Умерла женщина, которую пытался убедить поесть Кинкар, и свихнувшийся старик. Никто не знал, как его зовут и откуда он.

Переход занял больше дня, потому что приходилось часто отдыхать.

Там, где позволял туннель, самых слабых сажали на ларнгов. Те, на кого указал Капал, образовали отряд под его командой. Только они интересовались окружением.

Пленник все время оставался в окружении людей из крепости. Только так можно было обеспечить его безопасность. Но по мере углубления под землю его вызывающее поведение сменилось покорностью, он с радостью оставался возле своих победителей, шел рядом с Кинкаром или Джонаталом, как боевой соратник.

Во время пятой остановки лорд Бардон подозвал к себе Кинкара.

– По словам Оспика, мы сейчас недалеко от выхода в долину крепости. Тоси пойдет с тобой как проводник; бери своего ларнга и отправляйся за помощью. Многие уже без сил, и мы не сможем нести их в крепость. Приведи ларнгов и прихвати еды…

Так уставший отряд пришел в крепость, освобожденных рабов перевязали, накормили, а они лишь тупо удивлялись окружающему. Потом лорд Диллан созвал военный совет в верхнем помещении, которое выбрал для себя.

И из всех освобожденных на этот совет был приглашен только Капал.

– Стражник открыт перед нашими методами, – сказал лорд Диллан. – Несомненно, хозяева не раз применяли их к нему. Этот человек – сейчас его нельзя считать таковым – погиб, когда на него поставили клеймо. Он отказался от собственной воли, и они могли использовать его, как хотят. Это ужасно!

– В этом у нас нет сомнений. Мы не можем думать о прошлом. Надо думать о том, что нас ждет.