Каникулы для взрослых

Папарацци принялись делать снимки – белые вспышки взрывались над их головами. Поднялся гвалт.

– Не знаю, кто это такой, – обиженно заявил Костя, стараясь удержаться на ступеньках. Его активно теснили снизу.

– И я не знаю, – согласилась Варя. – Хотя лицо кажется мне знакомым.

И в этот момент случилась странная вещь. Тип, выбравшийся из машины и вызвавший ажиотаж среди папарацци, внезапно притормозил, заставив охрану насторожиться, и уставился прямо на Варю. Глаза у него сверкали, как у кота, вышедшего на охоту. Варя глупо хихикнула. Тип неожиданно стушевался и, криво улыбнувшись, проследовал в отель.

– У Тучиной взгляд василиска, – заявил Хворобок, закутываясь в шарф. – Она едва не повергла в прах какую-то знаменитость.

– Хотелось бы знать, как эту знаменитость зовут, – заметила Лариса. – Интересно, нет сил. Варь, ты его действительно смутила.

В этот момент облака разошлись, и сверху брызнул солнечный свет. Улица сразу стала нарядной, фасады домов потеплели, ветер стих, и воздух превратился в зыбкий хрусталь. Откуда-то появилась Диана, дышавшая свежестью. Пушистая шубка, темная челка, персиковая помада на губах.

– Отправляемся! – громко сказала она. – Надеюсь, вас не надо пересчитывать?

– Меня обязательно надо, – заявил Костя. – Я в незнакомом городе запросто могу потеряться. Еще учительница черчения утверждала, что у меня отсутствует пространственное воображение.

– Если потеряешься, возьми такси и покажи водителю визитку отеля. Визитки я вам раздал, – напомнил Ярослав.

– Ой, а моя куда-то делась, – тотчас подал голос Куперович. – Наверное, у меня в кармане дырка.

– Диана, пошли! – крикнул Ярослав. – Не обращай на них внимания, они валяют дурака.

Он догнал жену и взял ее под локоть. Вдвоем они и сами выглядели как знаменитости. Высокие, красивые, уверенные в себе… Варя немножко полюбовалась на них и тут только заметила, что рядом шагает Глеб, а Тоня Мохова пытается оттеснить его плечом. Варе не хотелось портить первые чудесные впечатления от прогулки по городу, не хотелось отвлекаться на разговоры.

– Все потом! – сказала она, непонятно к кому обращаясь, и прибавила шагу.

Однако Глеб снова возник рядом, словно поплавок, вынырнувший из воды.

– Я буду молчать, – пообещал он.

Варя покосилась на него, вынужденная признать, что Глеб отлично чувствует ее настроение. Бог знает почему, но ее это огорчило. Словно она ждала, что он всегда будет жестким и настойчивым в своих желаниях. Его внешность принадлежала эгоисту, а не романтику.