Это не любовь

Решили, видимо, так: выгорит – хорошо, не выгорит – не убудет.

За себя Юлька не волновалась, но терзало: как же Анварес. Он же такой щепетильный! Это ей чужая молва – как с гуся вода, а он так дорожит репутацией, честью и прочими анахронизмами. И где, вообще, он?

У секретарши пиликнул внутренний.

– Да, хорошо, – прошелестела она в трубку, затем посмотрела на Юльку строго. – Пройдите.

Юлька собралась, наказав себе держаться твёрдо, уверенно и холодно. Последнее – особенно трудно давалось. От таких, как «сволочь», она всегда заводилась с пол-оборота.

"

"Он, этот тщедушный, язвительный тип, – хуже всех, казалось ей. От него, не от декана, чувствовалась особая какая-то враждебность. Притом что он и улыбался, и голоса не повышал. Вежливая сволочь. Она и не удивится, если узнает, что он и есть автор анонимки.

На этот раз Волобуев предложил Юльке сесть, точнее, просто указал на стул.

– Понятно, что анонимно можно написать что угодно, – сказал он. – Поэтому мы и пытаемся разобраться и всё выяснить. И я прошу тебя не горячиться.

Если, как ты говоришь, ничего недозволенного Александр Дмитриевич в отношении тебя не допускал – я только рад. Но вот Анатолий Борисович настаивает, что подлог имел место быть.

– Ничего подобного!

– Его доводы не лишены логики. Мы подняли журнал посещаемости, итоги аттестации…, ну и я удивился, почему до сих пор тебя не отчислил. Если ты утверждаешь, что Александр Дмитриевич аттестовал тебя справедливо, то это легко проверить. Анатолий Борисович предложил... ну и мы согласились, чтобы ты нам продемонстрировала свои знания по предмету.

– Это как? – растерялась Юлька и тут же услышала очередной смешок.

– Ну а за что тебе поставил «отлично» Александр Дмитриевич? – спросила пожилая дама. – Ты же ему что-то отвечала? Готовилась по каким-то темам?

– Ну да.

– Ну так расскажи.

– Так вы задавайте вопросы. Мне Александр Дмитриевич вопросы задавал.

Дама улыбнулась, но кочевряжиться не стала. Бегло пробежалась по пройденным темам, кое-на-ком задерживалась, кое-кого касалась вскользь.

Юльке всё это было как семечки – уж Анварес её гонял куда жёстче и требовательнее. Дама радовалась её ответам, даже подбадривала. Зато «сволочь» мрачнел.

Долго её не терзали – она бы и ещё рассказывала, если бы понадобилось. А потом Юлька случайно взглянула на Волобуева и удивилась – тот даже не скрывал, как доволен. Сидел и улыбался. Он, собственно, и прервал «проверку».

– Ну что, Анатолий Борисович, вопросы исчерпаны?

«Сволочь» молчал.