Провинциальная история

Но надолго рассчитывать не след, потому как вода болотная тем и отвратна, что живо выедает все, самые надежные чары.

Ежи шел, изо всех сил заставляя себя не спешить: не хватало еще провалиться, тогда-то ничем он Лилечке не поможет…

И еще… и снова. Оборачиваться не след, но Ежи обернулся, отметивши, что отошел от берега куда дальше, чем следовало бы. И что теперь-то этот берег, и знакомая береза, видится ему мутной размытою полосой.

— Ничего, — сказал он, сглатывая вязкую слюну. — Вернусь… как-нибудь.

Хотел добавить, что по своим следам, но следы эти болото затягивало, будто издеваясь над магом.

— Все равно вернусь, — Ежи тряхнул головой и вцепился обеими руками в посох. — И… если с лесом вышло, может, с тобой договоримся?

…вспомнилось вдруг, что бабушка сказывала про болотника и жен его зеленоволосых, которые так и норовили одна перед другою украситься. Особенно зеркала жаловали.

Зеркал у Ежи не было, а вот…

Он коснулся кафтана.

— Эй, есть тут кто? — голос его разнессы по-над зеленой гладью, вспугнувши козодоя, который вспорхнул да заплакал человеческим голосом. — А кому бусин золотых? Нарядных…

Пуговицы он обрывал одну за другой. И, набравши горсть, кинул на зеленый ковер, где промеж белоцвета проглядывали алые головки сабельника.

— Выходите, девицы-красавицы… покажитесь… примите подарочки…

— А будет чем отдариться? — раздался сзади мягкий голосок.

…Лилечка была хорошей девочкой.

Во всяком случае старалась. До недавнего времени она и шалить-то не шалила. И после не собиралась. Вот даже есть стала хорошо. Конечно, не так хорошо, как нянюшке хотелось бы. Все-таки в Лилечку никак не лезли пирожки после щец или ушицы, за которой следовала каша пареная, мясные крученики с подливою и расстегайчики.

Расстегайчики еще получалось как-то впихнуть, а пирожки уже не лезли.

Хотя… для пряников место находилось.

Она вздохнула и покосилась на человека, который её держал, подумав, что, наверное, можно было бы сказать, что держит он Лилечку на редкость неудобно. Через плечо перекинул… как раз, что в той сказке про волшебника-Черноборода, укравшего прекрасную княжну.

Нянюшка так и говорила: через плечо перекинул, оземь ударился и дымом оборотился.

Правда, иногда он оборачивался не дымом, а филином.

Но так даже лучше. Разнообразнее.

Правда, человек, что Лилечку нес, оборачиваться не спешил, а знай, шлепал себе по болоту. И её держал крепко. Сразу сказал:

— Будешь дергаться, шею сверну.

Лилечка ему поверила.

Она была очень доверчивым ребенком.