Провинциальная история

И те попятились, будто не кота перед собою видели, а…

— Чудеснейшее животное, — громко сказал Дурбин, с седла наклоняясь. Верно, в седле ему плохо видно было. — Ваше?

— Мое, — Стася нервно дернула запястье.

— Удивительно. Просто удивительно… — он протянул руку, явно намереваясь Беса пощупать, что было в высшей степени неразумно: кот зашипел и выгнул спину. — Обычно дамы хорьков заводят. Или еще ласок. Хотите, я вам выпишу? Из Китежа? Белые ласки весьма украшают дам.

— Вот дам пусть и украшают.

От разговоров. От внимания этого. От людей вообще.

От Ежи, что глядел мрачно, будто бы это Стася в чем-то виновата была. И вообще от всех их…

Ежи спешился. И Дурбин тоже спешился.

Глянули друг на друга с величайшею приязнью.

Разве что зубами не заскрипели.

— Благодарю за помощь, — Стася выдохнула, уговаривая себя потерпеть немного. — Дальше я сама…

— Что вы, — Дурбин спешился, явно не собираясь оставлять Стасю в одиночестве. — Как можно?! Слабая женщина одна в таком огромном доме…

— Уррр… — хвост Беса дернулся, а уши прижались к голове.

Стася подхватила кошака, который и в весе прибавил. Еще подерет ненароком этого… добра молодца, чтоб его.

— И ее забирайте, — велела Стася, правда, ее не услышали.

— Позвольте… — маг и целитель пристроился с одной стороны, локоток оттопыривая, чтобы, стало быть, Стася за него уцепилась. А Ежи тотчас поспешил с другой встать.

За котиком они поехали.

Вот меньшим количеством народу — помимо магов на поляне осталось полтора десятка оружных людей, которых Стасе представили, как боевых холопов. А она важно кивнула, мол, обычное дело, постановив себе всенепременно поинтересоваться у единственного, кажется, адекватного человека, пусть и не совсем, чтобы живого, чем боевые холопы от обыкновенных отличаются.

Стася прибавила шагу, надеясь, что все-таки не запутается в юбках.

И на крыльцо, почитай, взбежали, остановившись одновременно.

— Вам дальше нельзя, — произнес Ежи, вперившись взглядом в Дурбина.

— Это почему еще? — Дурбин выпятил подбородок. А парик его, — такие Стася только в исторических фильмах видела, чтоб завитушками и ниже плеч свисали.

Ежи попытался встать между Стасей и Дурбиным, но тот не собирался отступать.

— Что вы себе позволяете, недоучка!

Стася закрыла глаза.

Сделала глубокий вдох.

— С чего вы это взяли?!

— А с того, что только недоучка будет в этой глуши сидеть! У вас шансов нет на лучшую жизнь, и теперь вы решили, будто…

— Тихо! — рявкнула Стася. Никогда-то прежде она не повышала голос.