Бас. Любимица Иллари

Я досадливо клацнула зубами:

– Вот же волчья отрыжка… стоп! Лохматый! Ты что, меня не узнал?

Рык стал громче и отчетливее, а в желтых глазах оборотня метнулось самое настоящее пламя. Хищное, дикое, неприрученное. Во дела…

Я озадаченно замерла, разом перестав злиться:

– Мм, Рокхет? Ты ничего не помнишь?"

"А потом до меня дошло: чтобы выжить, Рокхет не просто сменил ипостась, он полностью отдал свою жизнь, судьбу и свободу в лапы внутреннего зверя. Напомню: отчаянно не любившего его зверя, которого этот дурак слишком долго держал на цепи.

Само собой, вожак поступил так лишь оттого, что выбора не осталось. А может, он просто сдался, и вот тогда его сознание затопила вторая, животная сущность, которой были чужды смирение и покорность. И которая жаждала лишь одного – выжить… выжить любой ценой.

Цели своей он, как ни странно, добился, однако сдавать человеку позиции явно не спешил. Это означало, что сейчас передо мной стоял не оборотень, а всего лишь зверь. Здоровенный, все еще смертельно опасный волк.

Скорее всего, почти или вообще ничего не помнящий о своей прошлой жизни. И вполне естественно отреагировавший на появление рядом незнакомого оборотня, да еще и кошки, с потомками которой волчье племя издревле было не в ладах.

Может, конечно, стоило оставить его там и дать вдосталь насладиться последствиями обретенной свободы, но после двух суток беготни, серьезно отощавших запасов в леднике, бессонных ночей и всех прочих прелестей ухода за беспомощным зверем мне стало попросту жалко потраченных усилий.

Поэтому я подумала. Оценила угрожающую позу волка и… прямо на его глазах сменила ипостась.

Быть может, более крупному зверю он все-таки уступит и проявит уважение? Не как мои коты, но все же он ведь не дурак. Наверняка понимает, как велика между нами разница. И если я не буду проявлять агрессию, не стану давить и доказывать свою крутизну, возможно, он вспомнит, кто именно и в каком виде коротал рядом с ним эти долгие ночи. Вспомнит мой запах.

Опомнится. Угомонится…

Вот только мой собственный зверь рассудил иначе и, вместо того чтобы последовать мудрому совету, вдруг с хриплым победным ревом сиганул с места в длинном прыжке. Мгновенно сбил с ног ослабевшего волка. Навалился всем телом, а потом… вдруг прижался и с жадным урчанием облизал его морду.

Рокхет от такого приветствия настолько опешил, что, кажется, даже забыл, как дышать. И не то что не огрызнулся, но и не сопротивлялся толком.