Зачем я ему?

Мужей себе тут ищут. Видела одну из них рядом с Вороновым, кстати.

Смотрю на Машку внимательно. До той не сразу доходит.

— А я что? Я вообще после Полянского как монашка…

День, как выяснилось, еще только начинался. Перед третьей парой меня поймал Зотов.

— Слушай, ты извини, а. Я настойчив был… слишком. Больше не подойду… Извини… Еще раз.

— Э-э-э… хорошо. Спасибо! У тебя все в порядке?

Молчит, но смотрит на меня как-то совсем не добро. Что, черт возьми, происходит?!

Захожу в аудиторию, сажусь рядом с Машкой. Ничего не понимаю. Но начинается лекция, а значит, надо записывать. Второй семестр обещает быть сложнее первого, экзаменов больше. По статистике, в первые два года больше всего отсев идет. А я не хочу вылететь, очень не хочу.

А еще работа. Работа. Я не стала перезванивать ни Вике, ни Вадиму. Не могу. Понимаю, что все обошлось, что люди могут развлекаться как хотят, что больше тогда пострадал Макс, а не я. Почему-то я верила Ледневу, что ко мне никто из его компании приставать не будет. Работа-то хорошая, хотя и Полянский этим баром владеет. Разве мне есть из чего выбирать, я туда-то еле устроилась. И пусть я сейчас живу у Машки, пусть не плачу за жилье, но ведь надо покупать еду, одежду. Да и много чего еще. И потом, это сейчас у Епифанцевой никого нет, но я верю в ее счастливую звезду. Рано или поздно она кого-то да окрутит или, наконец, обратит внимание на своих поклонников — на того же Плодова, например. Хороший ведь парень. И мне в спешном порядке придется искать жилье. А общежитие, если повезет, то только осенью. В прошлом сентябре вот не повезло.

Может, наплевать на все и позвонить? И вернуться. Ну, конечно, вернуться! Вот идиотка, ничему жизнь не учит…

— Обедать пойдем? Варь, я угощаю.

Надо срочно что-то решать. И мне опять нужна работа. Но не у Полянского!

На большой перемене в буфете не протолкнуться: тут еще в соседнем корпусе столовку закрыли, так все сюда теперь ходят. Не всегда успеваешь очередь отстоять, не то что поесть нормально. Стоим себе с Маней. Понимаем, что в лучшем случае удастся перекусить что-то на ходу, следующая пара — через 15 минут. Шум в буфете усиливается, поворачиваю голову и тут же жалею об этом. Мимо очереди сразу к кассе проходят «золотые» мальчики, некоторых из них я успела повидать практически без штанов. Им плевать: на очередь, что людей много, что все спешат, что всем потом на пары. Они и не видят рядом с собой людей, только себя. Поравнялись с нами. Один придурок со смехом толкнул другого.