Зачем я ему?

Я бы не смогла…

— Посмотри на холодильнике номер. Они работают круглосуточно.

Рассматриваю меню известного фастфуда. Тут и суши, и салаты, пицца… Время — два часа ночи, но мы оба голодные. Оба не ели с утра. И правда, заказ привозят через 15 минут, а я рассказываю, как познакомилась с Даней, правда, о том, что узнала про ту драку, молчу.

— Понимаешь, почему я полетел за ним? — распаковывает еду. Ее только привезли.

— Понимаю. У него, и правда, никого кроме тебя нет?

— Нет, — говорит так, что становится ясно: больше ничего не скажет.

А у меня много еще вопросов, и они вовсе не о Рыжем. Почему я? Зачем я ему? Чего он хочет? Как долго все это продлится? Он по-прежнему встречается с Оксаной? А с другими, кроме Оксаны? Я же прекрасно помню, что было в баре… Но ничего не спрашиваю. Сижу на его кухне, смотрю, как ловко орудует палочками для суши, и думаю о том, что вот сейчас, в этот момент я безумно счастлива. И не могу разрушить свою сказку этими вопросами. Ведь ответы мне вряд ли понравятся.

— Значит, эти журналы про компьютерные игры тебе нужны для работы? Ты сам не играешь в них?

Мы валяемся на кровати. По телевизору идет какое-то кино, но я не смотрю на экран. То, что рассказывает Ник, меня ошеломляет. У него есть свой бизнес? Отдельный от его отца? И Дмитрий Александрович за спиной сына выкупил долю у Воронова? Обалдеть!

— А ты думала: я — геймер, который днем и ночью режется в «стрелялки»? — притягивает к себе ближе, и я удобнее устраиваюсь на его груди.

— Думала! — прячу от него лицо, но он не дает увернуться.

Смотрю на него, растворяюсь в его взгляде.

Он молчит, размышляет о чем-то. А я боюсь слово сказать, будто оно может разрушить что-то очень ценное, что у нас есть.

— Сначала не верил, что из этого что-то получится. Просто делал, что нравится. Столько идей в голове крутилось… А Даня программировал. Дядя Артема помог с заказчиками, даже не было особых проблем. Вообще не воспринимали это серьезно, деньги тут… Да в неделю спускали больше, чем за месяц зарабатывали.

Впитываю в себя каждое его слово. Прежде никогда столько о себе не рассказывал, не думаю, что он вообще много кому чего рассказывает.

— Он же не такой, как вы. Ну… я имею ввиду… Как он вообще с вами?

— Не лезь к нему с этим… Отец настаивал на учебе в Лондоне. Мне все равно было, но он требовал, чтобы я в его бизнес впрягся.

— Не хотел.