Зачем я ему?

Руки сами соскользнули на живот, и уже не сдерживаю тихого стона — какой пресс! Не хочу останавливаться, ладони цепляют пояс джинсов. И чувствую, как напрягается его тело. Ловит мои руки, чуть отстраняется.

— Пора возвращаться!

Голос хриплый, глухой. Совсем не голос Айса.

Пытаюсь привести себя в порядок. Руки плохо слушаются, с третьей попытки не могу пуговицу застегнуть. Никита справляется лучше и быстрее, с его одеждой уже все нормально. По нему вообще не скажешь, что пару минут назад… Подходит ко мне, мягко отводит руки. Сам застегивает пуговицы, помогает надеть джемпер. А я пытаюсь что-то сделать с волосами. Тут темно, и зеркала, конечно, нет, но я уверена, что моя идеальная прическа больше похожа на воронье гнездо. Снова чувствую неловкость, но не такую сильную, как тогда в коридоре. Словно я привыкаю, словно вот так и надо, так правильно! Ни в коем случае! Варя, это Никита Леднев, это Айс. Таких, как ты, у него еще десяток будет, если не больше. Просто сейчас он почему-то с тобой, но завтра все изменится.

Ругаю себя, пытаюсь пообещать, что больше не поцелую его. Ну, конечно! Да, ты влипла, Варя! Влипла так, что только сейчас, спустя пару часов на катере, ты по-настоящему вспомнила о Стасе. О Стасе, который был для тебя чуть ли не смыслом всего. Стасе, который оказался жив и вполне благополучен. Шок прошел, и ты понимаешь, что сердце не разбито. Предательство Стаса болезненное, ужасное, отвратительное, но ты его переживешь. Пусть не сейчас, но со временем точно получится. А вот как ты переживешь уход Никиты?

Не сразу замечаю шум мотора, мы возвращаемся. Уже темно, совсем темно, но от этого Москва не становится менее прекрасной. Наоборот, ночная столица завораживает. Чувствую тепло. Ник обнимает меня сзади, откидываю голову ему на грудь и закрываю глаза. Как же хорошо!

До гостиницы мы доезжаем минут за пять-семь. Дороги пустые. Я буду помнить этот день, потому что нашла и снова потеряла Стаса, потому что поняла, что влюбилась. Глупо, как же глупо! А еще Машку жизни учила, говорила ей близко не подходить к этим мажорам. А сама? Сама?

На автомате выхожу из машины, иду в здание. Никита не обнимает меня за плечи и не держит за руку. Наверное, устал уже. Или чувствует, как я напряжена. Все так же молча поднимаемся на третий этаж, я стараюсь даже не касаться Никиты. Наверное, он все понял. Иногда мне кажется, что он умеет считывать мое состояние… Все, Варя, в душ и спать!

Он даже не пытается меня поцеловать.