Баран и жемчуг

За спиной скрипнули металлические петли, потом глухо стукнул засов, опускаясь в пазы, и я оказалась лицом к лицу с людьми, которых знала с детства, но получается, что совсем не знала.

Как из тёмного леса донёсся истошный вопль Малькольма – он орал на Кларенса, приказывая ему немедленно открыть ворота. Кларенс бубнил в ответ что-то в своё оправдание, но я уже не слушала. Подобрав до колен юбку платья, я рванула вперёд со всех ног.

Эдвард заметил меня первым и замахал кинжалом в мою сторону, безмолвно разевая рот – позабыл все слова то ли с перепугу, то ли от неожиданности.

– Дорогу! – крикнула я, и горожане машинально расступились, пропуская меня.

Когда я уже пробежала через толпу, кто-то опомнился и протянул руку, пытаясь меня поймать. Я увернулась и побежала дальше, молясь, чтобы у Мориса хватило ума сообразить, что я бегу к нему не ради пылкой любовной встречи, и чтобы ни у кого из горожан не хватило ума бросить мне в спину, например, камень. Тогда точно королю придётся присылать эмиссара.

А тот, кто нанял ювелира, чтобы меня убить, спляшет джигу на бочке, что всё получилось само собой.

Может, на это и был расчёт?..

Пришли за сэром Мюфла, а ненароком прикончили леди Сегюр… Трагическая случайность, никакого злого умысла…

Словно в ответ прямо мимо моего виска просвистел камень. Метили в голову, но чуть-чуть промахнулись… А если в следующий раз не промахнутся?..

Но главное – не останавливаться…

Я бежала изо всех сил и видела только всадника на чёрном жеребце, который летел ко мне навстречу, как ветер.

– Стой! – задыхаясь, крикнула я, когда Морис уже мог меня услышать. – Назад!..

Но вместо этого он ударил коня пятками, подгоняя его ещё быстрее. Мне пришлось остановиться, чтобы мы не столкнулись, но рыцарь круто повернул коня в сторону, объехал меня и натянул поводья, поставив коня боком, поперёк дороги, между мною и толпой."

"Спрыгнув на землю, Морис в одну секунду оказался возле меня.

– Ты цела? – спросил он, взяв меня за плечо.

– Что им от тебя нужно?

– От тебя! – я чуть не замолотила его кулаками в грудь, потому что стало понятно, что уезжать он не собирается. – Обвиняют тебя в подлом убийстве ювелира и в соблазнении Анабель Дофо! Но если хочешь на ней жениться – можешь остаться, тогда отделаешься только синяками и парой пинков!

– Злишься – значит, всё в порядке, – заметил он. – А к тебе у них какие претензии? – он говорил так спокойно, что это злило, невероятно злило.