Две правды и одна ложь…

Нельзя допустить, чтобы Тайер просидел в тюрьме целый месяц. Мы должны как можно скорее вытащить его оттуда.

Эмма провела языком по зубам. Единственное, что помогало ей сохранять рассудок – так это знание, что Тайер пробудет в тюрьме до начала судебных слушаний. Но не могла же она признаться в этом Мадс и Лорел. Интересно, а что будет, если завтра она явится в школу в футболке с надписью: «ТАЙЕР – ПРЕДПОЛАГАЕМЫЙ УБИЙЦА МОЕЙ ДАВНО ПОТЕРЯННОЙ СЕСТРЫ-БЛИЗНЕЦА»?

К счастью, Эмме не пришлось придумывать предлог, чтобы не подписывать петицию: к ней подлетела Шарлотта и положила руку ей на плечо.

– Пошли, девчонки. Даже активисткам нужно обедать, – громко сказала она, поманив Мадлен и Лорел. – Я застолбила наш любимый столик.

Взрыв смеха разрядил напряженную атмосферу, и, обернувшись, Эмма увидела приближающихся к ним «двойняшек-твиттеряшек». Габби щеголяла в брюках капри с шелковым кантом и подобранной в тон повязкой на голове. Между перламутровыми пуговицами яркой рубашки цвета лайма проглядывал крошечный кулон из персикового коралла на изящной цепочке. Лили выглядела как после набега на гардероб Кортни Лав – в ультракороткой клетчатой юбке с миллионом английских булавок, драных черных колготках и черном топе с открытым плечом и довольно откровенным декольте.

– Здравствуйте, юные леди, – сказала Габби, накручивая на палец длинную светлую прядь.

– Привет, – буркнула Мадлен.

– Нет-нет, не выказывайте бурной радости от встречи с нами, – съязвила Лили.

Лорел закатила глаза и макнула суши в соевый соус.

«Твиттеряшки» попадали на стулья и достали свои пакеты с едой. У обеих на обед был органический клубничный йогурт и бананы.

– Итак, девочки, – начала Лили, снимая кожуру с банана. – Теперь, когда мы стали полноправными членами клуба, – она огляделась и понизила голос, прежде чем произнесла его название: – «Игра в ложь», кого мы разыграем в следующий раз? – Ее голубые глаза сверкнули от возбуждения.

Мадлен дернула плечом и как будто смахнула со щеки персиковые румяна, мерцающие на ее фарфоровой коже.

– Мне без разницы, – сказала она, безучастно глядя поверх головы Эммы.

Но на лице Лорел зажегся интерес.

– Кажется, у меня есть идея! – Она украдкой огляделась по сторонам и заговорила тише. – Как насчет него? – Она указала на кого-то за спиной у Эммы. Все повернули головы, чтобы проследить за ней взглядом. Когда Эмма увидела, о ком идет речь, сердце у нее сжалось. Итан сидел спиной к ним, задрав ноги на кирпичную стену, с книгой в руке.