Непобедимая и легендарная

Группу особо доверенных офицеров я отправил на вокзал «Сиркеджи», куда приходят поезда из Европы. Там они должны были встретить поезд, в котором следовал из Вены Кемаль-паша. Хотя Мехмед-бей и обещал, что тот не доберется живым до Стамбула, но нам стоило подстраховаться. Такую же группу я отправил на вокзал «Хайдарпаша», на который приходят поезда из азиатской части Турции. Они должны были встретить поезд Энвер-паши и ликвидировать этого человека, если он будет еще жив.

А сам я решил заняться Талаат-пашой и Джемаль-пашой.

Самым опасным из этих двоих был Талаат-паша. Он был великим визирем и вторым человеком после Энвер-паши. Его я решил арестовать лично. Но живым он нам не дался. Талаат-паша открыл огонь из пистолета по моим офицерам, когда они попытались войти в его кабинет, и нам пришлось его пристрелить. Жаль только, что этот сын гиены успел ранить двух моих людей. Мы намеревались отдать его под суд как главного виновника уничтожения армян, ассирийцев и понтийских греков. Но судить его теперь будет только Аллах. И я надеюсь, что этот суд будет скорым и справедливым, и что это чудовище попадет туда, куда ему следует – прямиком в адское пекло.

Джемаль-паша попал к нам в руки целехоньким. Хотя он и прославился своей жестокостью – недаром арабы, которые немало натерпелись от него, когда этот подонок был военным губернатором в Сирии, дали ему прозвище «Ас-Саффах» («Кровавый мясник») – у него не хватило мужества оказать нам сопротивление.

При виде наведенных на него пистолетов Джемаль-паша упал на колени и жалобно стал умолять нас не убивать его.

Я хотел было пристрелить его на месте, но неожиданно вспомнил, что напротив его имени стояла пометка, сделанная рукой Мехмед-бея: «Если будет возможность, не убивайте его. Он нам может понадобиться». На словах же Саид-эфенди пояснил, что в бытность губернатором Сирии Джемаль-паша обзавелся интересными контактами с французской разведкой, и эта скотина слишком много знает. Возможно, что с его помощью мы сумеем приоткрыть тайну, окутывавшую обстоятельства вступления Турции в злосчастную для нее Великую войну.

К утру все было кончено. Верные нам войска заняли военное министерство, министерство финансов, государственный банк, вокзалы, телеграф и телефон. Те группы наших людей, что были посланы на вокзалы, сообщили мне, что люди Мехмед-бея прекрасно справились со своим делом и Энвер-паша с Кемаль-пашой уже покинули этот бренный мир.