Мистер Генофонд

— За все нужно платить, детка. — Перед глазами оказалась попа. Выпуклая, твердая, изученная моими губами вдоль и поперек. Совершенная!

— Боюсь, ты для меня слишком дорогой стриптизер.

Я попыталась дышать медленнее. Изо всех сил сдерживала себя, но эта картинка впереди, это искушение разметом XXL…

— А кто говорит о деньгах? — Глянув за спину, Лешка, казалось, облизал меня глазами с ног до макушки и остановился на груди. На несчастных «двоечках», которые от возбуждения готовы были продырявить бюстгальтер и платье.

— Это будет какой-то двойной стриптиз. — Несмотря на туман в голове, я поняла его хитрый намек.

— Это будет мотивация. — Он взял мою руку. Приложил к своему паху и двинул ягодицами так, что я сосчитала пальцами каждый горячий сантиметр. — Давай же, родная.

Теперь меня тряхнуло уже по-крупному. Тяжелая огненная волна прокатилась по позвонкам. Прибоем ударила между ног, заставив раздвинуть колени.

— Только грудь. — Мозг заволокло густым маревом.

— Покажи моих девочек. — Он повернулся.

Уже совсем не соображая, я сдалась. Пальцы заскользили по ряду из пуговиц. Одну за одной освободили от петель и распахнули платье до пояса.

— Мало. Покажи мне себя. — Мужские бедра снова начали делать в воздухи толчки. Чуть раньше, издалека, это было красиво. Черт… это было потрясающе. А сейчас, вблизи, оказалось убийственно.

Я буквально кожей чувствовала все эти перекаты. Замечала, как дергается за тканью боксеров член. И шизела.

Зря! Очень зря я напросилась на этот стриптиз. Старый добрый секс был в сотню раз милосерднее, чем это эстетическое самоубийство. Уже сейчас мы оба лежали бы без сил и без пары сотен калорий.

— Не робей! — Леха сам положил мои онемевшие пальцы на чашки бюстгальтера и помог стянуть их вниз. — Да. Ты охуенная.

Взгляд опалил соски, и между ног словно что-то прострелило.

— Хорошая девочка, послушная. — Мужские пальцы зарылись в моих волосах. — А теперь засунь пальчики к себе в трусы и потрогай мои любимые складочки.

Все еще затянутый в ткань пах коснулся одной щеки, ласково, гладя. Потом другой.

— Может, ты сам… — Музыка, как и мое, терпение закончилась.

— В заказе значился только на стриптиз, — паршивец еще как-то умудрялся шутить.

Между ног было уже больно. Собственная безумная затея обернулась пыткой. Кому-то следовало поставить точку.

— Уверена? — раздалось совсем глухо.

Не дожидаясь очередного вопроса, я сама потянула вниз боксеры и откинулась на матрас.