Мистер Генофонд

Скорее наложу на себя руки, чем выдам тайну, но сукин сын Леха был рожден для стриптиза!

Да-да! Этот брутальный мэн, который утром строил гвардию работников, днем гонял официантов и истязал меня своей бешеной харизмой, оказался талантливее Ченнинга Татума времен «Супер Майка».

Можно было вечность смотреть, как он с пошлой улыбкой расстегивает рубашку. Медленно, заставляя меня облизывать губы после каждой пуговицы. Как по одному стягивает рукава, обнажая сильные руки с вздутыми венами. Как поворачивается боком, разрешая в профиль полюбоваться идеальным прессом с кубиками и до безумия эротичными V-образными косыми мышцами…

Как медленно проводит ладонями по широким плечам. Будто разминает, но все в такт. Двигает тазом вперед, напоминая фрикции. Быстро трахает воздух. Сексуально до ужаса! И, словно тигр, пружинящей походкой направляется к барной стойке.

Уже на этом моменте нужно было сказать «стоп» и откинуться на спину. Внизу живота закручивался торнадо. Для оргазма, наверное, даже член не понадобился бы. Все эти пошлые движения, сияющие золотом в свете луны мышцы, голодный взгляд… Казалось, еще минута, и кончу вприглядку.

Но вот рту все так пересохло, что даже застонать не могла. Как бракованная. Лишь сильнее стискивала колени. До синяков. И смотрела…

Когда песня заиграла по второму кругу, пришел черед брюк. С ними, в отличие от рубашки, он не тянул. Со звонким шлепком резко вытащил ремень из петель. Несколько раз расстегнул и застегнул молнию на ширинке. Погладил внушительный бугор за ней. И, развернувшись задом, стянул брюки со своей каменной пятой точки.

Не знаю, как я усидела на месте и не уплыла на волне из смазки к нему. Душа так и требовала броситься к этим сильным длинным ногам. Тело поколачивало от перевозбуждения. И только Леха, казалось, ничего не замечал.

Расслабленно двигался в такт музыке. Играл мышцами. Как опасный хищник приближался ко мне.

— Жива, детка? — вильнул пахом в паре сантиметров от моего лица. Так близко, что можно было рассмотреть обтянутый тонкой тканью ствол с массивной головкой. Вдохнуть аромат.

— Да, — прохрипел чей-то чужой голос.

— Продолжать, сладенькая? — Провел пальцем по резинке, немного оттягивая ее.

Напоминая себе, что сдаваться нельзя, я с трудом облизнула пересохшие губы.

— Хорошо, но где ты видела бесплатный приват? — Леха пустил в ход тяжелую артиллерию — на несколько секунд приспустил трусы вниз. Погладил себя. И снова спрятал раздувшееся совершенство.

Гад, видимо, решил убить меня.