Атаман. Гексалогия

Не Бог весть какое укрытие, но лучшего не было. Терпение наше было вознаграждено. Из дома вывели мужика в рубашке и штанах избитого, со связанными руками. Окружив охраной, погнали вдоль улицы.

– Не знаю, Сергей, я его никогда не видел.

Мы пошли за дружинниками, держась на почтительном расстоянии. Шли недолго. Дружинники завели мужика внутрь каменного здания.

– Тюрьма! – сказал Сергей.

– Почему ты так решил?

– А решётки на окнах видишь?

Да, недосмотрел, похоже, и в самом деле тюрьма, поруб по-местному.

Так, что же делать? Адашев ничего не говорил о таком варианте событий. Наверное, знал бы – не послал письмо, стало быть, произошедшее было для дьяка тоже неожиданным. Надо что-то решать.

– Сергей, остаёшься здесь. Мужика запомнил, которого арестовали?

– Если из поруба куда-нибудь поведут – проследи. Я на постоялый двор, к ребятам. Надо подготовиться. К вечеру, если ничего не произойдёт, я тебя сменю.

Быстрым шагом я направился на постоялый двор.

– Вот что, други, ситуация изменилась. Берите деньги, – я протянул горсть серебра, – идите на торг, покупайте лошадь, сбрую и седло. Как только вернётся Сергей, выезжайте из города, забирайте всех лошадей и вещи. Ждите в лесу. Мне придётся вывести из поруба человека. Наша задача – доставить его в Москву. Оставаться на постоялом дворе до утра нельзя, побег обнаружат стражники, закроют ворота, выйти не удастся. Я, может быть, выйду не с ним, как получится. Если он будет один – скажет условное слово «котёл», вы узнаете, что он от меня. Кирилл и Сергей пусть вместе с освобождённым, не теряя времени, скачут на Великие Луки – это уже Россия, встретимся на торгу. Алёша пусть с моей лошадью ждёт вместе с вами, ждать сутки; если я не появлюсь – тоже отправляться в Великие Луки.

– Атаман, ты что задумал? Почему один на дело идёшь? Может, и мы чем поможем?

– Лучшая помощь, парни – доставить человека в Москву. Куда в Москве – то он ведает. Попробую выкрутиться, не впервой. Лишние люди только помехой будут.

Я порылся в сумке, нашёл обе бомбочки, что я ещё с Ливен в Москву привёз да с собой в Полоцк взял. Саблю отдал парням, так же как и сумку. Лишнее сейчас – только обуза. Я попрыгал на месте, ничего не бренчало, не шумело.

– Всё, некогда! Вам на торг, мне – к тюрьме. С Богом! Вопросы есть?

Мы разошлись. Сергея я застал на прежнем месте.

– Мужик должен быть там, дружинники ушли, – коротко и чётко доложил боец.

– Хорошо, отправляйся на постоялый двор.