Аномалия - Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт

Мартынов был моим соседом по дому, по службе мы не пересекались, но соседями были хорошими. В гости друг к другу ходили постоянно. Это я про тот мир, где первый Сталин.

Глядя на поднимающиеся брови комиссара, стал судорожно искать ответ, как объяснить нашу встречу.

– Мы знакомы? – прозвучал ожидаемый вопрос. – Простите, не припомню.

– Нас в наркомате Гоголев познакомил. Не помните? Месяца два назад, если не ошибаюсь, – с легкой небрежностью ответил я. Никто не догадается, как мне дался этот тон. Внутренне холодея от ожидания вопроса: Гоголев? Что за Гоголев? – услышал:

– Сергей?

– Ну не Юра же, – тем же тоном ответил я, скрывая облегчение.

– Не припомню что-то, – смущенно ответил комиссар.

– Вы тогда с дежурства шли, уставший, видимо, были, – отмахнулся я и, протянув руку, произнес: – Давайте заново знакомиться. Майор госбезопасности Демин Александр Геннадьевич.

Чтобы не мешать работе штаба, мы перешли в следующее помещение, оно было меньше и предназначалось для переговоров и совещаний. Дождавшись, когда командиры усядутся, получил документы из Генштаба, что люди, сидевшие передо мной, и есть их представители и имеют широкие полномочия. Изучив документы, начал знакомить комиссию с нашим положением."

"– …так что на данный момент мы ожидаем атаки подошедшей пехотной дивизии через Буг для создания плацдарма. Сегодня ночными налетами как авиа, так и артиллерии мы изрядно потрепали их. Основные удары были направлены на уничтожение артиллерии, как самое опасное для нас, и по штабам. Выявить наблюдателям, к сожалению, удалось всего два. Но по сообщениям разведки уничтожены оба.

– Как вы предполагаете, когда они начнут переправляться? – поинтересовался Мартынов. Комиссия не принимала доклады, ее больше интересовало наше мнение об обстановке у нас.

– В общем-то они уже начали. Сейчас действуют разведподразделения под покровом темноты, но создать плацдарм и обеспечить переправу под прикрытием вполне в их силах. Места переправ сейчас под постоянным минометным огнем, также ведется контрбатарейная борьба.

– Какие понесены потери? – поинтересовался у меня Мартынов.

– На этот вопрос вам ответит начальник артиллерии группы подполковник Грайнберг. Товарищ подполковник, прошу вас.

– Кхм. – Прочистив горло, Грайнберг встал из-за стола, взял указку и подошел к большой карте, висевшей на столе. – Потери есть, но не такие большие, как мы ожидали. В основном нам сыграло на руку то, что немцы были только что с марша.