Эм + Эш. Книга 2

Ну вот приятно им, когда их обслуживает красивая официантка, и плевать, на каком она там языке говорит и сколько всего знает. Именно поэтому я ставлю вас с Максимом, когда у нас важные гости. А в пятницу у нас будут очень важные гости, поняла? Чрезвычайно! Они уже выкупили на вечер весь зал. И от того, как вы их обслужите, зависит очень многое. В том числе и ваше здесь будущее. Так что в твоих интересах расстараться, чтобы им всё понравилось. Ясно? И ни про какие пересдачи чтобы я больше не слышал, если хочешь и дальше тут работать, поняла?

— Хорошо, — кивнула я, поднимаясь со стула с тяжёлым сердцем. Неприятности с Каплуновым — это ещё полбеды. Можно будет подослать к нему Аду, пусть та соврёт, скажет, что Майер заболела. Гораздо больше тяготило то, что снова придётся пресмыкаться перед очередной зажравшейся компанией, которые считают себя хозяевами жизни, а таких, как я — вторым сортом, прислугой, чьё призвание их ублажать и терпеть от них любые выходки.

В прошлый раз один такой напился и руки распускал, а Харлов не то что не угомонил гостя, но и выдал, мол, нечего трагедию из пустяка раздувать. В обычном зале хотя бы охранники блюдут за порядком и, чуть что, вмешиваются. А с випами приходится рассчитывать только на их личные понятия о приличиях.

— Хорошо, Пётр Аркадьевич, — повторила я и твёрдо добавила: — Только вот что: если ко мне снова будет приставать кто-нибудь из гостей, я терпеть этого не стану. Уйду и всё. Можете потом меня увольнять…

— Я тебе уйду! — прикрикнул Харлов, но тут же спокойно добавил: — За это не волнуйся. Там будет тихий семейный ужин. Жених, невеста, родители, друзья семьи. Что-то вроде помолвки. Но если всё пройдёт отлично, то и свадьбу сыграют у нас. Так что хоть в лепёшку перед ними расшибитесь, но чтоб они остались довольны. Всё, свободна.

«Ну хоть так», — подумала я с облегчением.

Семейные ужины — наилучший вариант, хотя бы из соображений безопасности. А вот Макс как раз наоборот любил мужские шумные компании — такие вели себя под конец как свиньи, но зато оставляли самые щедрые чаевые. Ну, конечно, что ему — его-то тискать никто не норовит.

— Ну что тебе сказал Петрушка? — поджидал меня Макс у дверей в VIP-зал, а сам сиял почище здешних люстр.

— Сказал, что важные мужики любят красивых официанток, поэтому он и ставит тебя.

Ну и лицо у него сделалось!

— Ну что? — Вероника повернулась влево, вправо.

— Супер, — одобрил Шаламов.

Выглядела она, конечно, потрясающе. Ещё бы — полдня в салоне провела.