Второе дыхание

К лету разработки были закончены. На всё, что можно и нужно, были поданы заявки на патент. После чего отослал статью во французский журнал «Анналы химии и физики», откуда сразу пришел ответ, что будет опубликована в октябрьском номере.

Во время семестра мне, как опытному эксперту, пришлось несколько раз слетать на самолёте в Берн на заседания комиссии по перевооружению военно-воздушных сил Швейцарии. Выбирали между немецкими «Хейнкель-112», «Мессершмитт −109Д/Е», итальянским «Фиат-Г50», французским «Моран-Сольнье-МС406», английским «Супермарин Спитфайр-1» и американским «Кёртис Хавк-75А1/Р36».

Я высказался категорично за «мессеры». Поскольку все знали, что у меня была возможность проверить эти самолёты, так сказать, на собственной шкуре, ко мне прислушались. Был подписан контракт на покупку девяноста истребителей «Мессершмитт −109Е» на сумму тридцать шесть миллионов шестьсот тысяч швейцарских франков, что по нынешнему курсу немногим менее восьми с половиной миллионов американских долларов. Вдобавок швейцарцы, чтобы не класть оба яйца в одну корзину, решили организовать собственное производство по лицензии «Спитфайров» и/или «Моранов». Англичане отказались, а французы согласились.

В начале летних каникул состоялись в один день две свадьбы. Сбагрил дочек за приличных, вроде бы, людей. Торжество было скромное, проходило в ресторане отеля «Англетер». Теперь это уже семейная традиция. После чего молодые и родственники невест вместе поехали на четырех автомобилях в Канны, где поселились на набережной Круазет в отеле «Величественный барьер».

Через неделю молодежь укатила в Париж, чтобы оттуда отправиться в Женеву и поселиться в своих домах, купленных мной у «Женевской строительной компании». Дома стоят рядом, так что с одним соседом повезло или наоборот.

Мы с женой и сыном и Суконкины-старшие остались в Каннах валяться на пляже, рыбачить, потягивать винишко на террасах кафе. У меня даже появилось подозрение, что мои спутники помогают мне наверстать упущенное за время нахождения в Испании.

За старшего в «Нефтепродуктах Женевы» остался Юра Суконкин. Пусть привыкает. На кого-то ведь надо будет оставить бизнес. Мой сын особого интереса к добыванию денег не проявляет, потому что, по его мнению, их и так много, даже больше, чем я имею. К науке тоже. Природа нашла, на ком отдохнуть. Впрочем, я тоже в молодости не собирался заниматься научными исследованиями, становиться профессором. И отдых в Ницце тоже не входил мои планы, но вот угораздило.