Трофей для хулигана

— Все так, любимая, — жарко шепчет. Наше дыхание смешивается, — Но если мы продолжим, то я кончу тебе в ротик, а я хочу в тебя.

Егор подхватывает меня под бёдра и, сдвигая мои трусики в сторону, усаживает на себя верхом.

— Надо снять… — я шепчу, ощущая, как Егор вдавливается в меня снизу. Он такой горячий, такой большой, что я никак не могу привыкнуть к размеру и напору.

— Нет!! — вибрирует на обертонах мужской голос, — Так теснее, неожиданнее. Черт! Какая ты мокренькая…

Морозов заполняет меня одним толчком и крепко сжимает ладонями талию, заставляя двигаться. Мне кажется, что руки Егора везде, и вообще это не мое тело, а его. Он творит со мной совершенно бесстыдные вещи, а я выпрашиваю ещё и ещё. Уже не принадлежа себе, тянусь к его губам. Наши языки сталкиваются, кружат, пока по моему позвоночнику не проходит сладкая судорога. Уши глушит, реальность размывается, я перестаю контролировать свой голос. И Егор тонко ловя мое состояние, увеличивает темп, уводя нас в совместный, просто нереальной силы оргазм.

Я падаю на мужчину без сил. Во мне очень мокро, но встать в душ я просто не в состоянии. Колени трясутся.

— Донеси меня до ванны, — блаженно постанываю Егору в плечо.

— Ммм… — тянет, посмеиваясь Егор, — Ну, конечно, нет!

— Почему? — я прикусываю зубами его плечо.

— Ай! — он дёргается, — Зараза! Потому что быть в своей женщине везде — это просто что-то нереальное! Особенно пометить все ее сладкие местечки, — он стискивает мою попку руками и поигрывает с ягодицами, — Но это потом…

Он целует меня в висок, а я понимаю, что пропала. Окончательно и бесповоротно влюбилась. И прикрывая глаза, я слышу его голос.

— Скажи, что только моя… Везде… — его рука скользит по моему виску, — И здесь, — спускается дорожкой по шее и сжимает грудь, — И здесь, — скользит по животу ниже и, чуть сжав лобок, входит в меня пальцами и размазывает по губкам нашу влагу, — И здесь… — хрипит мне на ухо Егор.

— Дааа, — я сокращаюсь на его пальцах от возбуждения, — Ммм…. Да! — притягиваю мужчину к себе за плечи, врезаясь поцелуем в губы, и мы снова срываемся в какой-то сладкий порнушный беспредел.

Из коридора слышится лязгание металлической решётки. И каждый раз этот звук для меня, будто ножом по стеклу — аж в дрожь бросает.

— Егор, напоминаю вам, — Тимур достаёт блокнот и ручку, — Никакого обличительного тона. Максимум понимания и желания помочь.