Эрика все цеплялась за край камзола, сжимала зубы, боясь раскричаться, и чувствовала печаль и боль мужчины.
Ей столько говорили о злом и жестоком предводители Багов, черном причерном Эберхайме, ей буквально в нос тыкали его злодеяниями… а выходило что…
– Дейтрины, мельберны… кража детей, гибель семей…
– Тебе ответить или ответишь сама?
Эра отодвинулась – этого не может быть.
Господи, – рванула все же ворот платья. И хотелось рухнуть на колени и заорать, перекрывая голос Эберхайма, все что он говорит: нет, нет, нет, нет, неееет…
– Дети нужны были для экспериментов.
Но пропадать начали, когда на моей территории встал еще один купол. Второй. Я узнал о нем много позже. Встретил одну… Богиня. От нее я узнал про связь Инара "с первой базой", про его дела. В совете всегда были самые сильные, девочка. Трое тех, кого сложно провести. Инар знал это, Инару нужны были именно их дети, чтобы получить те же возможности. Но он лишь попал под подозрение и вынужден был переложить все на меня. А на кого еще? Купола были только у меня и у него, а потом наше с ним соперничество из-за Эллайны не прекратилось и после ее смерти.
Он, конечно, оговорил, и у него получилось. В гневе Шердан стер меня и сделал изгоем, но дотянуться не смог и право осталось у меня.
"Почему линия Эберхайма прервана, если он жив?" – как наяву услышала голос Радиша.
– Гнев схлынул, пришел Ольрих и, уже сложив все, рассказал остальным, припомнив и тот случай с Эллайной и Хеймехором. Инара вызвали вместе с Аркараном. Не знаю что и как – могу лишь догадываться – но главы погибли.
Все поняли, что к чему. Вы исчезли, единственные из тех семей, что Инар еще не получил. Тут я тоже могу лишь догадываться, как Инар получил Вейнера, Самера, Самхарта. А на тебя ему разрешения было не нужно. Вы исчезли в одну ночь. Потом вспыхнули дейтрины, мельберны, легли все семьи, и для всех за этим стоял я. Инар хотел власти и получил ее. Он встал во главе.
Эрика покачала головой – кто он такой, черт дери, этот Инар?
– Дядя Эрлана… Ты хочешь сказать, что он убил своих же? Своего брата и племянника? Хотел убить второго, а потом передумал?
– А он и не хотел.
И сам не убивал. Аркарн мог проговориться – зачем это Инару. И потом, свойство его права много меньше, чем Аркарна. Он мог соперничать, а Дендрейт соперничество не переносит и никогда не прощает. Он научился на моем примере. Не убрал вовремя, был не готов еще лить кровь бездумно, и вот, я ему так и стою костью в горле уже много лет.
– Я охраняю землю до ущелья.
