Проект Деметра

– Что ты хотел, когда брал ее? Испачкать, унизить, заставить ее мучиться выбором?

Эрлан подхватил за шиворот и втиснул в стену, смотрел холодно, безжизненно, и цедил так, что каждое слово как сверло в мозг входило:

– Ты все знал, все рассчитал. Ты хотел сделать больно мне, а сделал больно ей. Ты заставил ее переживать, чувствовать себя виноватой. Мстил за свою несостоятельность, за то, что она выбрала меня, а не тебя! Ты попал в капкан собственных чувств, но это твой закор, а не ее. И будь ты мужиком, не вмешивай в свои проблемы женщину, не перекладывай свои проблемы ей на плечи.

Не можешь нести сам, решить, чтобы не было больно ей – удавись, но Эйорику трогать не смей!

Помолчал и брезгливо скривился, выпустил мужчину и руку о его рубаху отер:

– Кому говорю-то, – протянул лениво. – Ты ж не мужчина, так, вырастил, что в штаны положить и гордишься. А у мужчины другое достоинство – он никогда не подставит близких и слабых. Тем более женщину, которая ждет ребенка, жену брата. Женщину, которой говорит, что любит.

Уже пошел на выход, но обернулся, добавил и как добил:

– Любят обычно себя отдавая, а не к себе загребая.

Шах стоял как оплеванный и в себя прийти не мог – размазал его брат и физически, и морально. А главное не возразить.

Взгляд ушел в сторону товарищей – те смотрели на него исподлобья с одним выражением на двоих – а ты, правда, сука, Шахов.

Вейнер сполз по стене на пол и застыл.

Самое паршивое было в том, что он понимал – Эрлан прав. Можно было отпихнуть его слова, замазать удобными аргументами, оправдаться как всегда, но себя не обмануть – Лой ударил сразу по всем болевым точкам и словно вскрыл и вывернул наружу.

Он ни губы ему разбил – душу. И в ее осколках Вейнер отчетливо видел физиономию упыря. И столь же отчетливо понимал, почему Эйорика выбрала не его.

Радиш ушел к себе – видеть друга не мог. Его потрясло откровение Эрлана, особенно когда он рассказал про Миншу.

Самер же понимал, что уйди и Шах один останется и что наворотит еще, одному Богу известно.

Подошел, сел перед ним на корточки:

– Ты чего ж натворил, муд… дурак? Я тебе, о чем говорил? А ты куда полез?

– Отвали, – попросил глухо.

– Ну, да, чего сейчас-то. Сейчас уже и "отвали" можно, – сел рядом хмурый и злой. – У твоего брата феноменальная выдержка. Я б не стол – тебя в хлам превратил.

– Уже, – виски сжал. Подумал и брякнул. – Я уйду. Всем станет легче.

– Угу. Еще одно гениальное решение? Нет, ну то, что ты му… дрец, все уже поняли.