Содержанка

— Я вчера думала о тебе перед сном, — шепчу в губы, пока он стягивает толстовку вместе с майкой.

Уже знаю, как хорошо в его объятиях, и с удовольствием льну. У него не спортивное тело, но мне нравится.

— Что думала? — Алекс прижимается губами к шее, отчего душа трепещет. — Надо было написать."

"Написать первой? С ума сошел?

С каждым разом поцелуи приятнее и желаннее. Я зажмуриваюсь и таю — так пылко и одновременно осторожно он со мной обращается.

Набираюсь смелости и выдаю:

— Скучала.

— Блядь. — Алекс упирается рукой в стену и на мгновение прикрывает глаза.

У меня снова дикий восторг от его реакции на мою взаимность. Улыбаюсь.

— Я тоже. — Он стягивает с меня худи. — Сейчас в душ сбегаю, минуту. — Сам дышит часто, вжимает в себя до хруста косточек.

Какой нафиг душ? Мы в лифте чуть глазами друг друга не слопали.

Голова кружится от эндорфинов, которые, кажется, в воздухе! Иначе как объяснить, что после каждого вздоха становится приятнее.

Опять целуемся, обмениваемся слюной, ласками. Я прямо в прихожей прислоняюсь спиной к стене и голову запрокидываю.

Пока Алекс ласкает мою грудь. Опускается на колени и целует живот.

— Я хочу тебя, — говорит. — Сейчас.

Киваю. Дышу так громко, что едва не пропускаю шелест пакетика.

Алекс выпрямляется и стягивает с меня легинсы. Душа уже не просто трепещет, она разрывается. От желания быть с ним, любить его. От робости, потому что занятия сексом еще слишком непривычны и сам факт будто пугает. Но когда Алекс рядом — страх улетучивается. Я не думаю о том, что могу показаться доступной.

Не думаю о комплексах, рисках. Я просто хочу быть с ним. Хочу продолжать то, что мы делаем. И разрешаю себе быть собой.

Он отводит чуть в сторону мою ногу. Зажмуриваюсь сильнее и чувствую вторжение. Обнимаю за плечи и приподнимаюсь на цыпочки, стараясь расслабиться.

Алекс выдыхает и дрожит, будто сдерживаясь, пока медленно растягивает меня. Пока я тону и захлебываюсь в том безумной кайфе, который испытываю.

— Хорошо? — дышит на ухо.

Снова киваю. Впиваюсь ногтями в кожу.

Улетаю от удовольствия, хочу остановить, задержать момент и одновременно с этим жажду большего. Наш секс — какой-то максимум, которого при этом все время недостаточно.

Алекс толкается бедрами — вздрагиваю и прикусываю губу.

— Рафа, еще.

Он медленно выходит и опять вторгается. Я сжимаю его руками так, что больно.

Еще одно убийственно тягучее движение, после которого он начинает лучше скользить и тут же ускоряется. Поднимаю ногу выше, чтобы было удобнее.