Утес чайки

То, что сейчас переживает Амели, похоже на абстиненцию.

«И ты тоже ничего не заметила, – мысленно обратилась Дебора к Хелен Беннет и на несколько секунд почувствовала что-то вроде гнева. – Ты, профессиональный психолог, разговаривала с ней каждый день на протяжении нескольких недель – и ничего не поняла».

Амели отправят в клинику, психиатрическую лечебницу для подростков и молодежи. Там очередь на несколько месяцев вперед, но Хелен удалось каким-то образом сразу получить место для Амели. В этом надо отдать должное ей, Хелен. Амели предстоит предстать перед судом для несовершеннолетних. Но судья, с высокой степенью вероятности, распорядится поместить Амели в ту же клинику, где девочка круглые сутки будет получать квалифицированную психологическую помощь.

– Это ужасно, – сказала Дебора Джейсону. – Наш ребенок в психиатрической клинике! Это… невообразимо.

– Радуйся, что там нашлось для нее место, – ответил Джейсон. – Мы не справимся с этой проблемой без их помощи."

"Дебора и сама это понимала. Амели стала недосягаема. Казалось немыслимым, что она сможет просто так вернуться в школу и в нормальную жизнь. Проблема не могла разрешиться сама собой. Их мир разлетелся на тысячи осколков. Можно считать большой удачей, если из них получится собрать что-нибудь, в чем они могли бы более-менее сносно существовать.

– Пожалуй, займусь обедом, – сказала Дебора. Невозможно просто сидеть так в ожидании вечера, зная, что следующий день будет таким же ужасным. – Что ты хочешь на обед, Амели?

Дочь пожала плечами. Она очень плохо выглядела: худая, бледная, с пустыми бессмысленными глазами. Немытые волосы торчали в разные стороны.

– Может, макароны с сыром? Ты это любишь.

– Все равно, – ответила Амели.

– И все-таки…

– Оставь ее в покое, – вмешался Джейсон. – Ей все равно, пойми. Не настаивай. Пусть побудет в себе.

– Я всего лишь хотела, чтобы…

– Да, ты всегда хотела этого. Чтобы все было тихо-мирно. Чтобы Амели ела на обед любимые блюда и жила в комнате с розовыми обоями. Чтобы она хорошо выглядела, и у нас был красивый большой дом, а у твоего мужа престижная работа… Поэтому здесь никому не разрешалось спорить, выражать недовольство, сходить с ума. При этом ты никогда не замечала…

– Чего я не замечала? – пронзительно закричала Дебора. – Чего я такого не замечала?

– А… все равно. – Джейсон махнул рукой.

– Нет, ты скажи.