Женщины Цезаря

И моя мать вынуждена заниматься в доме всем. – Последние слова он произнес с очаровательной улыбкой, подумал немного и добавил: – Мама – это бесценная жемчужина. Не опасайтесь ее и не бойтесь обращаться к ней. Хотя я ваш paterfamilias, но ведь наверняка найдутся темы, которые вы предпочтете обсудить только с женщиной. До сих пор для общения вам приходилось выходить из этого дома или ограничиваться беседами друг с другом. У моей матери богатый жизненный опыт и уйма здравого смысла. Пользуйтесь одним и учитесь другому. Она никогда не сплетничает, даже со мной.

– Мы с нетерпением ждем ее появления, – официальным тоном произнесла Лициния.

– Что касается вас, девочки, – сказал Цезарь, обращаясь к детям, – моя дочь не намного старше вас, и она – еще одна бесценная жемчужина. У вас появится подружка для игр.

Девочки застенчиво улыбнулись, но не произнесли ни слова. Ему и его семье, понял он, вздохнув, долго придется ждать, пока эти несчастные жертвы mos maiorum смогут прийти в себя и принять новое положение вещей.

Некоторое время Цезарь еще продолжал говорить, чувствуя себя совершенно свободно, потом поднялся.

– Ну хорошо, девушки, на сегодня хватит. Лициния, ты можешь провести меня по Государственному дому.

Он начал с того, что вышел на середину темного сада перистиля, куда не попадали солнечные лучи, и огляделся.

– Это общественный двор, – пояснила Лициния. – Ты знаешь это по мероприятиям, на которых присутствовал.

– Но у меня никогда не было времени и возможности побыть одному, чтобы рассмотреть его как следует, – отозвался Цезарь. – Когда нечто принадлежит тебе, ты смотришь на это совсем другими глазами.

Нигде высота Государственного дома не была так заметна, как с середины этого главного перистиля, с четырех сторон обнесенного стенами до самых крыш и окруженного крытой колоннадой из темно-красных дорических колонн. Полукруглые окна верхнего этажа были закрыты ставнями и находились над красиво расписанными стенами. На красном фоне были изображены знаменитые весталки и их деяния. Лица весталок имели портретное сходство, потому что старшие весталки обладали собственными imagines – расписанными восковыми масками, с париками того же цвета, что и волосы у живого человека. Эти маски и послужили образцами для художников.

– Мраморные статуи все изваяны Лисиппом, а бронзовые – Стронгилионом, – пояснила Лициния. – Это подарки одного из моих предков, великого понтифика Красса.

– А бассейн? Очень недурен.

– Его сделал великий понтифик Сцевола, domine.