Клад тверских бунтарей

В общем, всего я объяснять не буду, скажу только, что ему сегодня же надо с двумя десятками конных ратников выйти к селу Дубино, вотчине боярина Воронова. Там выставить дозор, который смотрел бы за рощей. Если на опушке, обращенной к селу, появится человек с белым полотнищем и станет махать им, то Петр Данилович должен будет вывести своих людей от села, развернуть их в линию и идти к Черному лесу, обходя Гиблую рощу. Если разбойники выйдут из леса, то появление двух десятков конных, хорошо вооруженных воинов заставит их вернуться в болота. Это нам и надо. В дальнейшем, если такое произойдет, воевода закроет дорогу вдоль Черного леса и станет держать ее до прибытия новых следователей. Их глава определит, что делать дальше. Главное — не выпустить разбойников из леса. Мои люди уйдут с прибытием следователей и дружины. Вот такое задание, Петр Данилович. Ничего страшного и опасного.

— А если лиходеи решат вступить в схватку с нами? — спросил Опарь.

— Ну, Петр Данилович, ты меня удивляешь. Во-первых, вся шайка из леса не выйдет, а у тебя два десятка конных ратников. Во-вторых, ты всегда можешь подтянуть к лесу дополнительные силы.

— Это так, — подтвердил Опарь.

— Есть одно обязательное условие, Петр Данилович.

— Слушаю, князь.

— Тебе надо вывести десятки к селу так, чтобы из Черного леса их никто не заметил, так же скрытно выставить дозор и внимательно смотреть за рощей. Это понятно?

— Да, я все уразумел, князь.

— Ну и хорошо. Я поехал. Мне придется поторопиться. Возвращение сюда отняло время, которое теперь надо будет наверстывать.

— Наверстаешь налегке, Дмитрий Владимирович, — сказал тверской князь.

— Да, постараюсь. Будьте предельно ответственны в части того, что я передал вам. Из-за пустяка я не стал бы возвращаться. Дело важное и очень серьезное. Не будет иконы у государя, многие опале подвергнутся, а кто-то может и головой ответить. Бывайте! — проговорил Савельев, резко поднялся и быстро вышел во двор.

Князь Микулинский тщетно пытался понять, чем же так ценен Кубарь для следствия, что даже он, тверской тысяцкий, не может даже поговорить с ним.

А еще этот приказ воеводе Опарю! Его можно было бы отдать и при отъезде, но он был озвучен только что. Сделал это воевода особой дружины, подчиненный одному только царю. Савельев мог для передачи приказа и гонца отправить. Но явился сам. Князь поступил как простой воин. Да еще объявил, что двое его ратников и сейчас смотрят за Черным лесом.