Клад тверских бунтарей

Брыло может знать об одиннадцати. Но он и семерых примет за основной отряд, решит, что остальные мои люди несут дозорную службу. Такими силами дружиной мы и от лиходеев с центральной тропы отобьемся.

Осин улыбнулся и сказал:

— Верно, князь. Мысль хорошая, давай так и будем действовать. Ты не думал привлечь хоть часть воинов из крепости? Согласен, толку от них немного, но все какое-то усиление. Один только вид дополнительной силы может повлиять на разбойников. Да не такие уж эти ратники и слабые, просто давно в настоящем деле не были, привыкли к мирной, размеренной жизни. Я бы взял пару десятков.

— А если разбойники их заметят? Вдруг тверские ратники не смогут скрытно подойти к роще?

— А они там нужны будут? Можно их у села Дубино поставить или у починка Долман. Конных. По твоему знаку они тут быстро окажутся. С воеводой заранее поговорить, объяснить, что к чему.

— Веры ему нет.

— А что вера? Он со своими ратниками и нужен-то будет лишь для вида. А чтобы воевода слушался и делал все так, как надо, задание ему должен дать князь Микулинский. Ты ведь можешь с ним встретиться, покуда есть время. Или не желаешь, чтобы тверские вельможи все заслуги по изведению шайки и возвращению клада себе присвоили?

— Это пустое.

— Я лишь предложил, князь. Тебе решать, как тут быть.

— Подумаю. Время еще есть. Ты тоже отдохни, Егор Михайлович, в моем шалаше.

— Тебе можно было и шатер поставить, — с улыбкой проговорил Осин.

Савельев отмахнулся и заявил:

— Суета лишняя. Я и так обойдусь.

Егор Осин понял замысел воеводы особой дружины и отправился на отдых.

Обдумав предложение Егора, Савельев подозвал к себе Новика и сказал:

— Кузьма, давай коней, поедем в Тверь.

— Слушаюсь, князь! А Кубаря с собой не возьмем? Здесь он только мешается и сильно раздражает Горбуна. Как бы Осип случайно не прибил его.

— С него станется. Скажи Горбуну, чтобы тоже взял коня. На другого пусть посадит Кубаря. Они с нами пойдут.

— Понял.

Вскоре всадники двинулись к Твери. Они обогнули село и чрез Васильевские ворота въехали в кремль.

Стражники растерялись. Ведь особая дружина ушла к Новгороду. И вдруг в кремле ее воевода князь Савельев. Воины доложили об этом Микулинскому.

Тверской тысяцкий тут же выбежал из дворца и осведомился:

— Что-то случилось, Дмитрий Владимирович?

— Ничего особенного. Пусть стража примет пленника.

— А что это за пленник?

— Гонец от Воронова на Москву. Очень важный свидетель.

— И где вы его взяли?

— Лишний вопрос, Дмитрий Иванович.