Гадкий утёнок для босса

— К чему именно относится твое «нет»? И хватит уже пятиться!

— Ко всем вашим вопросам и предположениям, Тимур Аркадьевич! — с досадой огрызаюсь я. — К вашему сведению, это Настя, ребенок небезызвестной вам Кати!

— Кати? — повторяет Лебеда, заметно остывая. — Ты имеешь в виду девушку Царевичева? А, понятно. Только у нее нет детей. Это ее сестрёнка младшая. Что она делает у меня в кабинете?

Я с трудом подавляю желание закатить глаза. Ну наконец-то начался конструктивный разговор!

— Тимур Аркадьевич, — говорю терпеливо, — именно поэтому я и пришла. У нас огромные проблемы! Настю чуть не похитили, а Катю только что увез какой-то подозрительный тип. Она просила передать вам, что это какой-то Филин и что в агентстве у него есть сообщники. В ее охране, кстати, тоже… Да, и надо позвонить этому вашему Царевичеву, пусть Настю заберёт и срочно Катю спасает…

— Погоди, погоди, — останавливает босс мой сбивчивый словесный поток и с силой трёт помятое от сна лицо обеими ладонями. Потом встаёт и хмуро уточняет главное: — Катю увез Филин? Только что?

Я киваю, и от похолодевшего выражения его глаз меня пробирает дрожь. Теперь Лебеда меньше всего похож на ленивого роскошного кота. Из его сузившихся зрачков проглядывает настоящий хищник бизнеса, привыкший охотиться и побеждать вместе со стаей своих опасных собратьев.

— Где это произошло? — резко спрашивает он. — Место!

— На заднем дворе здания, где гаражи… — торопливо сообщаю я.

— Сиди здесь, — бросает он и стремительно выходит из комнаты, на ходу набирая чей-то номер. А потом и вовсе покидает кабинет, судя по захлопнувшейся двери.

* * *Какое-то время я переминаюсь на месте, не понимая, что мне теперь предпринять. Но четкое «сиди здесь» от босса прозвучало вполне однозначно. Даже не знаю теперь, чего ждать от жизни…

Возня в дверце стенного шкафа заставляет меня вспомнить о маленькой Насте. Впрочем, она и сама уже пробирается через замаскированный ход в тайную комнату Лебеды. А потом застывает столбом почти в таком же ступоре, что и я. Только мое состояние несравнимо с ее. Потому что девочку парализует дикий страх за судьбу старшей сестры.

И кажется, она снова собирается зареветь.

— Иди сюда, — я быстро опускаюсь на диван и маню ее к себе.

Настя часто-часто моргает и смотрит недоверчиво, но все же подходит и осторожно присаживается на самый краешек рядом со мной.

— Вот что я тебе скажу… — начинаю медленно, на ходу соображая, что бы такого действенно-утешительного сказать.