Босиком по горячим углям

Минуту спустя в кабинет вошел старший лейтенант Абдували Рузибаев — гигант, высокий, как минарет, и тяжелый, словно могильный камень, с кулаками, походившими на среднего размера дыни, с мясистыми щеками, блестевшими, будто медный таз для варки варенья. Откуда появился в управлении этот офицер и каковы его функции, никто толком не знал. Полковник знал и не особенно радовался, встречаясь с ним. Рузибаев представлял тех, кто постепенно овладевал безраздельной властью, и против его назначения в штат Султанбаев поделать ничего не мог: оно состоялось по приказу министра.

Подойдя к столу шефа, Рузибаев без разрешения уселся в кресло, достал сигареты, закурил. Но сигарета чем-то ему не понравилась и он выплюнул ее прямо на роскошный ковер, растер ботинком. Султанбаев следил за действиями старшего лейтенанта с тем же видом, с каким недавно говорил по телефону. В системе измерений, скрытой от чужих глаз, иерархия этих людей выстраивалась совсем в ином порядке, нежели ее определяли видимые всем погоны.

Рузибаев закинул ногу на ногу, раскурил новую сигарету и брюзгливо сказал:

— Я вас предупреждал, Юсуф Салимович. Вы не послушались. Теперь Иргашев ушел. Я вынужден принять свои меры. Мне он живой не нужен.

— Действуй, как хочешь, — страдальчески поморщился полковник, словно у него сильно болела голова.

— Действую не как хочу, а как надо, — тем же недовольным тоном поправил его Рузибаев. — Если овца отбилась от отары — пускают собак.

— Какие у нас собаки? — вздохнул полковник.

 — Нужны волкодавы, а тут одни легавые.

Рузибаев улыбнулся, хищно оскалив белые ровные зубы.

— Я спущу волков. Только бы мне не мешали.

— Что имеешь в виду?

— Открою клетку Касума…

Касум Пчак (Нож), замешанный в разбойном нападении на инкассаторов, три дня назад был задержан усилиями Иргашева и находился в следственном изоляторе. Выпустить преступника на свободу и натравить его на беглого капитана — разве это не гроссмейстерский ход в партии, где поражение грозит играющим потерей головы? Султанбаев его оценил и все же спросил с сомнением:

— И что же, стая будет носиться в поисках добычи по городу?

— Зачем? — усмехнулся Рузибаев.

 — Волки сядут в засаду, а этот баран сам к ним явится.

— Иргашев человек умный, и в этом его слабость.

— Мы перехватим засадами две точки. Иргашев обязательно явится к Калмыкову. Не зря мы слушали телефон старого пса!

— Тогда у него останется одно — уходить из города.