Институт благородных дэвров, или Гувернантка для варвара

Лишь через два дня принесла какие-то травы, наказав поить отца свежим отваром до полной луны. Девять дней теви Минци плевался, ругался на чём свет стоит, клял дикарей, что задумали его отравить, но всё же послушно пил, иногда пуская слезу от обиды. Мне она тоже принесла особые корешки, от которых ненадолго мутилось сознание, но зачем мне их употреблять, так и не объяснила.

В полнолуние Рид по наказу тохунги отвёз нас с отцом к волшебному озеру Таупо.

«Ар-ргх, атаранги-мана, – заплескались вокруг меня мелкие рыбки и озеро слегка забурлило.

– Слышишь меня, знаю… Уважь, напои кровью…»

– За двоих даю, Те Ваи, хозяин воды, – предупредила я и полоснула ножом по ладони. – Тот, второй, со мной одной крови. Прими его, как меня. Смой с него печаль, забери лишнее.

«Много просишь, – недовольно булькнула набежавшая волна. – Да и не всё мне по силам… Ладно, веди уж, не обижу. И этот, моим огненным братцем обласканный, пусть тоже заходит. Зла не держу».

Теви Минци, опоенный на ночь очередным зельем, даже не сопротивлялся.

Лишь заворожённо смотрел в чёрные воды и позволил Чёрному Вепрю себя раздеть. Вышел из озера он очень тихим и с совершенно ясным взглядом. А после проспал двое суток подряд.

Не знаю, наверное, наивно было рассчитывать на чудо… Его и не произошло. Отец по-прежнему жил в своём мире, разве что стал заметно спокойнее. Матушку радовало и это. Однако тохунга осталась очень довольна.

– Вот теперь вижу, – каркнула она. – Спасибо, Те Ваи, дух ясности, да будут воды твои вечно прозрачными.

А ты следующей луны жди, атаранги-мана.

Принесла новых трав и вновь пропала на месяц. А я… просто жила. За это время успело смениться много лиц вокруг. Уезжали одни, приезжали другие. «Принцесса Эльжбета» и пара кораблей попроще курсировали каждую неделю. Несколько девушек из королевских фрейлин выразили желание остаться навсегда, смущённо поглядывая на избранников, другие вернулись в Астеви-Раш. За этот месяц провели две брачные церемонии, теперь уже по всем правилам – пышные, яркие, весёлые.

Это были Дичок с Мариэллой и Эхра Мохнатый со своими «Ушками». Конечно же, Мелинда Эгмант не смогла возразить выбору дочери. Тем более что у Магреты уже наметился животик, а светилась она так, что собственная мать разревелась, наконец признав её красавицей. А как могло быть иначе – ведь дэвры в первую очередь ценили красоту души, а не тела. Кажется, и её мамаша наконец смогла это рассмотреть.