Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I

Он никогда раньше не видел, чтобы Чу Ваньнин вот так избивал простолюдина, да еще так безжалостно, словно это был не человек, а дикий зверь. Ивовая лоза двигалась так быстро, что была едва видна.

Где это видано, чтобы подрядчик избивал своего клиента? Где бы ни случился подобный инцидент: в Верхнем Царстве или Нижнем — подобное поведение могло навсегда уничтожить репутацию любого заклинателя. Каким бы плохим ни был характер Чу Ваньнина, даже если иногда он позволял сердцу управлять головой, как можно было зайти так далеко и совершить такую большую ошибку?

Этот проступок был намного серьезнее, чем «воровство и разврат» самого Мо Жаня.

Лицо Ши Мэя побледнело от ужаса. Он в панике крепко вцепился в Мо Жаня:

— Что ты стоишь?! Быстрее, останови Учителя!

Передав Ши Мэю все еще находящуюся без сознания госпожу Чэнь-Яо, хотя правильнее было говорить: драгоценную дочь семьи Яо, — Мо Жань шагнул вперед, чтобы перехватить запястье Чу Ваньнина:

— Учитель, вы… что вы делаете?

Захваченный праведным гневом Чу Ваньнин мрачно взглянул на Мо Жаня:

— Отпусти!

— Учитель, это против правил!

— Ты мне будешь указывать? Какие из семисот пятидесяти правил Пика Сышэн я знаю хуже тебя? Отпусти!

Мо Жань повысил голос:

— Тогда почему вы не остановитесь?!

Чу Ваньнин не хотел тратить время на пустые препирательства с ним.

Освободившись от его хватки, он тут же нанес еще один безжалостный удар плетью по хозяину Чэню.

— Учитель!

Чу Ваньнин бросил на него ледяной взгляд.

— Пошел вон!

Тем временем, видимо, решив, что Мо Жань выглядит как добрый парень, хозяин Чэнь поспешно отполз за его спину и, съежившись, ухватился за край одежды:

— Господин заклинатель, пожалуйста, поговорите со своим Учителем.

Мои старые кости… даже если я был неправ, даже если я ошибался, мои старые кости не выдержат такого избиения...

Но, вопреки его ожиданиям, когда Мо Жань обернулся и увидел его измазанное соплями, заплаканное лицо, то почувствовал не жалость, а отвращение и с презрительной гримасой сделал шаг в сторону:

— Не касайся меня!

Хозяин Чэнь понял, что на него нельзя положиться, и перевел взгляд на Ши Мэя, который неподалеку помогал Чэнь Яо сесть в кресло.

Уцепившись за последнюю надежду, он пополз к Ши Мэю, стеная и плача:

— Заклинатель, пожалуйста, проявите доброту, проявите милосердие, я знаю, я ошибся, это моя вина, все моя вина, пожалуйста, я прошу вас, пожалуйста, поговорите с вашим Учителем. Я был неправ, я признаю свою ошибку… Я… я...