Авоська с Алмазным фондом

Но зато это была Москва! Первый рубеж – приобретение столичной прописки – подруги преодолели легко, следовало продолжать штурм, поступать в вуз. Оля подала документы в художественное училище, Ира в театральное. Обе не сомневались в успехе, и обе провалились на экзаменах. Светловой члены приемной комиссии объяснили:

– У тебя есть некоторые задатки, но, девочка, тебе рано садиться на студенческую скамью. К нам идут подготовленные люди, а тебе необходимо начинать с азов. Где ты училась рисовать?

– Нигде, – растерялась абитуриентка. – У меня от рождения яркий талант, так все учителя и ребята говорили. Вот мои дипломы, подтверждающие первые места на олимпиадах.

– Ну да, в провинциальных городах… – вздохнула одна экзаменаторша. – У нас же другой уровень. Позанимайся с педагогом, получи базовые знания и приходи снова.

– Я сирота, – выложила главный козырь Светлова, – имею право поступать вне конкурса.

– Только не в творческий вуз, – поморщилась тетка. – До свидания.

Иру тоже срезали на первом туре.

Подружки решили не сдаваться. Пристроились на работу в харчевню, торгующую гамбургерами, но быстро поняли, что больших денег там не получить, и стали думать, как заработать. В конце концов Светловой удалось пристроиться художницей в детский журнал, рисовать комиксы. Однако, увы, за картинки платили жалкие копейки. А потом Ире пришла в голову идея, как огрести тьму денег…

Светлова отпила кофе и заглянула в глаза Филову.

– Я не горжусь тем, что мы сделали, но не отнимали последнее у бедных людей, у тех, кто целый день тяжело работает, как вы, а получает мало.

Я мысленно зааплодировал гостье. Экая она Лиса Патрикеевна, пытается понравиться Филову. Вроде не хвалит полицейского в открытую, но у того, по расчетам мошенницы, должно возникнуть расположение к девушке, хорошо понимающей, что он «целый день тяжело работает, а получает мало». Интересно, Ольга сама додумалась до такого психологического приема или начиталась брошюрок из серии «Как манипулировать людьми»?

А Светлова тяжко вздохнула и начала излагать историю Ирэн Вилко, которую мы уже знали. Но из ее уст прозвучали новые подробности.

Майя Нечаева, однокашница предприимчивых девиц по детдому, была не в курсе их замыслов.

Мошенницы почти искренне радовались тому, что Майечка стала актрисой, понимали, как для нее важна хорошая репутация, и не втягивали ее в свои аферы. Тем более что Нечаева хорошо зарабатывала и, получив гонорар, всегда подбрасывала деньжат подругам детства.