Сквозь огонь

Так с великими князьями не разговаривают. Но Сергей – не его подчиненный. Он – старшая гридь Стемида. И не судиться пришел, а за справедливостью. Да не просить, а требовать. И Олег должен понимать, что обострять отношения с воинской элитой ему сейчас невыгодно. Или он обиделся, что Сергей не перешел под его знамя?

И рассказал. В подробностях.

Как его десятник Копыл сначала под стражу взять пытался, потом согласился коней на лыжи сменять. А потом, когда Сергей передумал отдавать лыжи, согласился и с этим.

– Я ему потом с оказией кипу беличьих шкурок отправил, – завершил Сергей свой рассказ. – Знал: не даст ему ничего Грудята, ибо жаден сверх меры. По мне, так кипа шкурок – хорошая цена за дюжину пар лыж.

– За лыжи – хорошая, – согласился великий князь.

– Так он у них не лыжи, а коней увел! – воскликнул Своежир.

– При чем тут кони? – удивился Сергей. – Я ж их на лыжи сменял.

– Отнял! – закричал соцкий при шумной поддержке новгородской братии.

– Прокуй, это о твоем человеке речь? – повернулся Олег к скромно стоявшему наместнику.

Тот покачал головой:

– Копыл не мой, он из городской дружины десятник. Тысяцкий Неревского конца Хвалибор над ними в этом году старший.

– Ты здесь, Хвалибор? – поинтересовался Олег.

– Нету его! – закричали из толпы. – Отъехал!

Ясно, что нет его. Такой персоне положено на важном месте восседать. А если уж в толпе – то в первом ряду и на виду.

– За Хвалибора – я! – радостно сообщил Своежир.

– Опять ты, – покачал головой Олег. – Неужели у вас, новгородцев, достойных людей не осталось?

Вот сейчас он обидно сказал. Для новгородцев. А в особенности для Своежира.

Но тот, хитрая тварь, сделал вид, что не понял.

– Послать за Копылом, великий князь?

Олег проигнорировал, повернулся к наместнику:

– Прокуй, давай обоих сюда. Копыла и этого… Грудяту. И за другими тысяцкими пошли. А то, если на этих глянуть, так в Новом Граде и нет никого, кроме неревских.

Грудята не пришел. Сказался больным. Зато представители других концов явились, и в изрядном количестве. На тысячи счет пошел. И, как водится у новгородцев, все сразу начали шуметь, да так, что трем глашатаям не переорать. Даже подраться ухитрились.

Драку, впрочем, быстро разняли. И тишину установили. Относительную. Потому что всем было любопытно, для чего собрали. Может, великий князь что интересное предложит? Раздачу халявную или дело какое доходное? Или казнь какую-нибудь изощренную?

Допрос десятника Копыла ни в одну из перечисленных категорий не попадал. Ну да.