Сквозь огонь

Проигнорировал указания всадника, встал на дыбы и встретил противника встречным ударом копыта.

Сергей успел соскользнуть с его крупа за миг до того, как сломалось воткнувшееся в конскую шею копье.

Степняк же не только усидел в седле, но и успел выхватить саблю и рубануть Сергея.

Парировать древком лука Сергей счел кощунством. Нырнул под удар, подставив кольчужную спину (скрежетнуло знатно, но и только), а правой рукой воткнул стрелу снизу в конский бок. Хотел в ногу всадника, но не попал.

Конь печенега отреагировал ожидаемо. Подпрыгнул, шарахнулся, смазав следующий удар. Третьего не вышло. Налетевший сзади Гачей махнул саблей, голова в блестящем стальном шлеме спрыгнула с плеч, покатилась по земле. Гачей, свесившись с седла, подхватил ее за косу и радостно заорал, раскручивая над головой.

Сергей стер со щеки брызги крови, вытер ладонь о траву и подошел к коню, вставшему над выпавшим из седла обезглавленным трупом.

Конь прянул вперед, попытался цапнуть, но Сергей успел перехватить повод, рванул резко, не дав жеребцу развернуться и приложить задними ногами, зашептал мягко, уговаривая…

Через пару минут жеребец успокоился, позволил себя погладить. Но не с той стороны, где торчала стрела и кровь коня смешалась с кровью хозяина.

Рана, впрочем, была пустяковая. Стрела вошла едва на полнаконечника.

– А я подумал, они струсили, а они – настоящие храбрецы! – воскликнул Месигей.

Подханок был счастлив. Он одержал блестящую победу над превосходящим противником и уничтожил всех врагов, кроме тех, кого удалось пленить. Что вообще замечательно. Будет с кем повеселиться. Вернее, кем.

Единственное, о чем жалел подханок: не он убил вождя, чья голова сейчас болталась у седла Месигея. Но говорить об этом папе-хану Месигей не стал. Голова была у него, а то, что это Гачей срубил вражеского лидера, а потом, по настоятельной просьбе Сергея, передал трофей подханку, никого не интересовало.

Папа-хан слушал хвастовство вполне одобрительно. В отличие от братьев Месигея. Но сегодня не их праздник.

– Значит, тебя послал Халег-хакан? – прервал самовосхваление сына большой хан Гацы.

– Да, – подтвердил Сергей. – Но это было до того, как воротолмат напали на нас.

Гацы мотнул головой. Воротолмат ему были куда менее интересны, чем стоявшее поблизости войско русов.

– Что нужно твоему хакану?

– Узнать: ради дружбы вы здесь или ради битвы?

Большой хан – типичный хан. Хитрый, жестокий, алчный, недоверчивый. Другие ханами не становятся. Это и Месигея касается.