Индульгенция. Без права на ненависть. Часть 5

— Значит, идем как есть! — Изабелла подпрыгнула, внезапно оживившись. Она схватила свое зеленое платье и прижала его к себе, кружась перед огромным зеркалом в резной раме. — Подчеркнем нашу… аутентичность! Жертвы обстоятельств! Гостьи из другого мира, едва спасшиеся от ужасной смерти! Это же так романтично и трагично! Император непременно должен растрогаться!

— Император Борис, — напомнила я сухо, подходя к зеркалу и пытаясь хоть как-то пригладить беспорядочные пряди волос, выбившиеся за ночь из привычной строгой укладки, — не думаю, что он сильно сентиментален. Особенно по отношению к тем, кто связан с… — я понизила голос, — с Видаром. Кто знает, кого он в нем видит. А мы — его… слабость. Или инструмент.

Изабелла замерла, ее игривость мгновенно улетучилась. Зеркало отразило внезапную бледность ее лица.

— Ты думаешь, он будет… выспрашивать? О Видаре? О том, где мы были? О… Нави?

— Не сомневаюсь, — я вздохнула. Страх перед Мораной вернулся, холодной волной смывая суету по поводу платьев. — Нам нужно решить, что мы можем сказать. Правду? Но какую? Что мы гостили у Богини Смерти? Это сочтут безумием. Ложь? Она слишком опасна. Императорские шпионы вездесущи.

— Значит, полуправда, — быстро сообразила Изабелла, ее ум, всегда острый, заработал на полную. — Ложное обвинение, мой плен. Нас спас Видар. Он привез нас сюда, в свое родовое гнездо, под защиту. Мы… гости. Испуганные, благодарные за спасение гости. Ничего не знаем о его делах, о его… связях, — она сделала паузу, глядя на меня в упор. — Особенно о ледяных связях. Мы просто несчастные девушки, которым повезло выжить. Если захочет — остальное сам расскажет.

Я кивнула, ловя ее мысль. Это было разумно. Правдоподобно. И не требовало от нас выдавать то, что могло стоить жизни. Видар… он справится сам. Или нет. Но это уже не наша забота. Наша задача — выжить в новом мире. Потому что этот быстрый визит мне очень не нравился.

— Да. Только факты. Без подробностей. Без оценок. Без… упоминаний о том, что не имеет отношения к нашему спасению и теперешнему положению гостей. Скромность. Благодарность. И… осторожность. Каждое слово — как шаг по тонкому льду.

— Поняла, — Изабелла серьезно кивнула, но тут же уголки ее губ предательски дрогнули. Она подошла ко мне вплотную, ее глаза снова заискрились озорством, которое никуда не делось даже после Царства Мертвых.