Сокровище

 – Моя подпольная сеть тоже может включиться в это дело. Так что это точно не пройдет мимо нее.

– Отлично, – заключаю я. – Когда мы обратимся к организатору, надо будет выяснить, устроит ли это его.

– Иначе и быть не может, – важно, как и подобает принцу драконов, изрекает Флинт. – Особенно если он действительно так жаждет устроить этот концерт.

– Значит, у нас есть план? – спрашивает Хезер и, как я загибала пальцы, перечисляя поп-звезд, начинает считать по пальцам стоящие перед нами задачи, как будто это так же легко.

 – Грейс свяжется с этим организатором и сообщит ему требования Хадсона. Нияз использует свою сеть, чтобы распространить информацию о предстоящем концерте. Мы организуем площадку. А Хадсон…

– Да, просвети меня, будь так добра, – говорит Хадсон, и его тон сух, как подгоревший тост. – Чем именно будет заниматься Хадсон, пока все это будет происходить?

К ее чести, Хезер не смущается. Она просто смотрит ему прямо в глаза и улыбается.

– Составлением самого крутого списка песен, чем же еще? Талант тоже должен вносить свой вклад.

Улыбнувшись ей в ответ, Хадсон, пожалуй, слишком явно демонстрирует вампирские клыки. Хотя, с другой стороны, мы и впрямь просим его о многом.

Я говорю ему это в попытке задобрить его, и теперь он демонстрирует свою чересчур клыкастую улыбку мне.

– Ах вот как? Стало быть, вы меня просите? А у меня сложилось впечатление, что вы просто ставите меня перед фактом.

Естественно, такой альфа-самец, как Хадсон, являющийся к тому же принцем вампиров и королем горгулий, не очень-то любит, когда ему говорят, что делать.

Ну кто бы мог подумать?

– Это лучший способ заставить ее прийти к нам. Мекай не может долго ждать, ты же это понимаешь?

Он хмурится и нехотя отвечает:

– И ты выступишь великолепно. Но ты же и сам это знаешь, не так ли?

Он пожимает плечами.

– Так в чем же проблема? – встревает Джексон. – Не жмись, сделай это для нашей команды, брат.

Хадсон так прищуривает глаза, что они превращаются в щелки.

– Ты называешь нас командой, но все шишки сыплются только на меня. Может, ты соблаговолишь объяснить, почему так получается?

– Чувак, у меня на голове сидел чертов голубь. Но разве ты слышал, чтобы я из-за этого так ныл?

– У тебя на голове сидел голубь, потому что ты говнюк, не умеющий держать язык за зубами, – парирует Хадсон, причем с каждым словом его британский акцент становится все заметнее. – И это не то же самое.