Сокровище

Но, похоже, Амнонда ничего не замечает – а может, она слишком взволнована, чтобы обращать внимание.

– Когда Хадсон останавливался здесь в прошлый раз, меня тут не было, я училась в другом городе, – говорит она, снимая ключи от наших номеров с колышков на доске за ее спиной. – Но мне все рассказали, все истории.

Мне хочется спросить ее, о каких историях она говорит. Какой была жизнь Хадсона в Адари, если я была вымарана из временной линии? Работал ли он учителем в школе? Скольких драконов времени ему пришлось убить? И как он сумел устранить Суила, если он не обладает моими способностями?

Это как старая присказка о дереве в лесу.

Если дерево упадет, когда рядом никого нет, так что никто этого не услышит, то произведет ли оно звук на самом деле? Если я была здесь, но никто меня не помнит, то существовало ли вообще мое время здесь?

Умом я понимаю, что да, оно существовало.

Здесь я влюбилась в Хадсона.

Здесь я познакомилась с Арнстом и Мароли, Тиолой и Дымкой, Кауимхи, Луми и Ниязом.

Я убила дракона времени, сразилась с волшебником времени и вступила в бой с самой Королевой Теней. Это же должно что-то значить, не так ли?

Так почему же я по-прежнему чувствую себя такой потерянной? Почему у меня по-прежнему такое чувство, будто что-то важное сломалось и я не знаю, как это исправить?

– Спасибо, что ты зарегистрировала нас. – Я улыбаюсь Амнонде самой приветливой своей улыбкой и раздаю ключи моим друзьям. Мы с Хадсоном займем одну комнату, Джексон и Флинт еще одну, а у каждого из остальных будет своя собственная.

– Почему бы вам не занести вещи в свои номера и немного не отдохнуть? – говорю я, когда мы идем к лестнице. – А я попробую вытащить Хадсона из этого хаоса снаружи, чтобы походить по городу и попытаться найти нужного контрабандиста.

Хаос на площади и правда неописуемый. Толпа выросла еще больше, и хотя я могу разобрать, что Хадсон – и сидящая на его плече Дымка – пытаются пробиться к гостинице, не успевает он сделать и пары шагов, как кто-то опять останавливает его, чтобы поздороваться и спросить, как дела.

Если бы это были посторонние, думаю, ему бы было легче просто махнуть рукой и двинуться дальше. Но они не посторонние. Большинство этих людей на площади знают Хадсона – они подавали ему еду в ресторанах и кафе, продавали ему одежду, он учил в школе их детей.

Я пробираюсь сквозь толпу и жду, чтобы в ней образовался хоть какой-то промежуток.