Царь горы

— Они тебя ненавидят! Не боишься остаться без головы?

Барон помолчал, усмехнулся и, медленно оглядев кардиналов, сказал:

— Все знают, что объединение семьи — моя давняя мечта. До сих пор я не находил понимания среди лидеров Саббат. Теперь есть вы, есть вожди, готовые к переменам. Есть стратегия. До исполнения моей мечты остался всего один шаг. И я его сделаю.

— Значит, кардинала придется отпустить? — угрюмо спросил Ричард Кейн, глава нью-йоркского управления ФБР.

— У нас не осталось выбора, — вздохнул Вольф. — Против Бориса нет ни одной улики.

— В «Медсестричке Гризли» не нашли даже шепотки кокаина. Ни одного незарегистрированного ствола. Все чисто, все законно.

— Нет свидетелей, которые подтвердят, что Кардинал принимал в ней участие. Арестованные боевики Шона предпочитают молчать. Одежда Бориса чиста, оружия при нем не обнаружили…

— Ты говорил, что двух охранников Толстяка убили ножом, — припомнил Ричард. — Это не могли совершить с крыши, убил тот, кто находился рядом. Борис.

— У тебя была отличная информация, Вольф, — после довольно продолжительной паузы произнес Кейн. — Ты обязан был брать Бориса с поличным. У тебя должны были быть свидетели. Ты прокололся.

— Я продолжу работать с людьми Толстяка, — тихо ответил Балдер. — Кто-нибудь из них наверняка сломается.

— Сколько времени на это уйдет? День? Неделя?

— А я знаю, что Кардинал покинет город еще до полудня. И если ты действительно найдешь свидетеля, он не вернется.

Оба фэбээровца понимали, что если бы не удача в «Водопаде», специальный агент оказался бы в крайне незавидном положении. Вольф настоял на операции, его осведомители указали место и время проведения бандитской разборки, по его приказу провели тотальный обыск в «Медсестричке Гризли» и задержали законопослушного гражданина. Адвокат Бориса мог бы устроить грандиозную шумиху, но вчерашняя победа сделала Вольфа героем. Все утренние газеты повествовали о захвате крупного склада наркотиков, и Кейну волей-неволей придется прикрывать подчиненного.

— Ты крепко его прижал, — буркнул глава управления. — Будем надеяться, что у Бориса хватит ума не поднимать шум.

И снова комната без окон, находящаяся на одном из нижних уровней федерального здания. Только свет не столь яркий, как ночью, не режущий глаз, приглушенный, ведь теперь в помещении велись совсем другие речи.

— От лица ФБР я приношу официальные извинения за все события этой ночи.