Смерти вопреки

Мы шли по самому краю леса, пытаясь найти щель в устроенной на нас облаве, при этом готовые при любой опасности нырнуть в чащу и раствориться среди деревьев. Спустя два часа мы наткнулись на следы пребывания фашистов. Клочки газет. Смятая пачка от сигарет. Помятая трава. Со стороны дороги были слышны звуки: рев двигателей машин, гул множества голосов и резкие, отрывистые команды офицеров. Как только мы слышали подобный шум, то сразу уходили в чащу леса. Очередное свидетельство, что блокада плотная и в этом месте нам лучше из леса не высовываться.

Единственное, что нас частично успокаивало, так то, что в этой части леса, где полночи прочесывали все частым гребнем, не должно было быть немецких солдат, поэтому надеялись проскочить этот участок без проблем.

За все это время мы уже дважды подходили к окраине леса, но постоянно натыкались на открытое пространство, вроде лугов, которое нам никак не пересечь из-за немецких блокпостов и мобильных патрулей на дороге. Решив уйти подальше от дороги, мы снова углубились в лес, но и здесь везде были следы пребывания немецких солдат.

Потом Паша, шедший в голове группы, неожиданно поднял руку. Мы сразу замерли, настороженно следя за ним. Спустя несколько секунд он сделал движение рукой: подойдите. Стоило мне подойти, как я понял, почему мы остановились. На этом месте, возле старого сухого поваленного дерева, был самый настоящий бой. Осколки, торчащие в стволах деревьев, россыпи стреляных гильз, черные опалины на месте разрывов гранат, срезанные пулями и осколками ветки деревьев, но ни тел, ни вещей, ни оружия не было. Мы медленно обошли место схватки и пошли дальше.

Немецкие егеря увидели нас первыми, но так как группа русских парашютистов была на одного бойца больше и сильно растянута, они устроили нам, как они думали, хитрую засаду, вот только в их план неожиданно вмешалась случайность. Наш радист, замыкавший группу, устал и случайно оступился, но стоило мне услышать легкий шум у себя за спиной, как тело мгновенно напружинилось, готовое к действию.

Резко пригнувшись, я моментально оглянулся и замер. Все делалось помимо сознания, на одних боевых рефлексах. Именно во время своего разворота, краем глаза, я поймал чужой взгляд. Не разглядел ни фигуры, ни лица, а только чей-то короткий взгляд.

«Нас выследили и ведут».

Выпрямившись, дал знак Кораблеву, следующему за мной, двигаться и осторожно пошел вслед ушедшей вперед паре наших парней.