Святой Грааль

Томаса пробрало смертельным холодом, на него дохнуло могилой. Слымак был с белыми волосами, седой бородкой, но излучал такую мощь, которой Томас ни в себе, ни в ком другом никогда не чуял. Запавшие глаза смотрели пронизывающе. Томас ощутил, что злой мудрец сразу понял его всего, оценил мысли и желания, взвесил честь и рыцарскую гордость, просмотрел воспоминание о берегах Дона и прекрасной Крижине. Слымак не выглядел силачом, но Томас уже не сомневался: шелохнет бровью — каменная стена разлетится вдребезги.

— Затея с похищением чаши, — сказал Олег медленно, — твоя?

Он говорил напряженно, следил за каждым движением главы Семи Тайных. Слымак же непринужденно откинулся на спинку кресла, закинул ногу на ногу, улыбался расслабленно, непринужденно, по-хозяйски.

— Вещий, — проговорил он, смакуя это слово, — а не разгадал… Не разгадал?

— Не разгадал, — ответил Олег честно.

— Теперь можно сказать, — произнес Слымак небрежно. Томас поймал себя на тревожной мысли, что они с каликой как мыши в коробке с огромным котом. — Конечно же, чаша для нас, людей практичных, ничего не значит. Она мало значит даже для Британии, хотя для нее кое-что могла сделать…

Слымак покровительственно улыбнулся, потеребил бороду:

— Для новой страны, нового народа… который мог возникнуть через сотни лет!

Олег сказал глухим голосом:

— Ваши расчеты идут так далеко?

— Твоя школа, Вещий. Ты сам заложил основы ведарства, нынешней точной науки. По нашим расчетам, эту чашу перевезут через океан, там лежит огромный материк… Словом, образуется новый народ, который обещает стать чересчур независимым… гм… в силу ряда обстоятельств возникновения. Этот народ может обрести неслыханную мощь! Сам понимаешь, нам не нужны противники, нужны работники.

— А чаша обязательно попадет на новый материк? — спросил Олег.

Слымак кивнул на застывшего Томаса, тот не двигался, обеими руками прижимал к груди чашу:

— Его потомки!.. Яблоко от яблони падает недалеко. Авантюристы, разбойники, поэты, наемники, мечтатели, пророки… Хлынут на новую землю, создадут государство нового… гм… сорта. Все известные ныне — курятники, скотные дворы с ним в сравнении. Сам понимаешь, не допустим. Нет народа или царства, чтобы нам не повиновалось.

Олег сказал негромко:

— Разве не слышал, как погиб Фагим? Он был главой Семи Тайных.

На бледных щеках Слымака выступили красные пятна. Он откинулся на спинку кресла, мелко засмеялся:

— Да, тебе удалось объединить славян. Правда, только восточных.