Святой Грааль

Миллионы лет муравьи жили, но в чем-то провинились, или не угодили… Другие волхвы говорят, что не исполнили какого-то великого предначертания богов… Не знаю. Я занимался другим.

— А есть волхвы, кто занимается ими?

— Есть, и не один. Это странный народ, очень древний и таинственный. У них свой мир, свои ритуалы, обычаи. Пока им следуешь, тебе беда не грозит… Кстати, чары выветриваются, поднови!

Томас нехотя побрызгался, вытряхивая последние капли. Олег втер остро пахнущую жидкость в обнаженные руки, смочил волосы. Запах антов приятно смешивался с ароматом жареного мяса, что поднимался от костра.

Небо медленно темнело, как и земля, лишь далекие валы по-прежнему блистали крупнозернистой белизной. Томас всякий раз напрягался, когда за спиной раздавалось шуршание, мелькали тени. Его ладонь непроизвольно хлопала по рукояти меча. Анты бежали по проторенным дорожкам, а Олег, как заметил Томас, выбрал местечко, удаленное от протоптанных тропок. Анты тащили в челюстях сухие стволы деревьев, несли зверей и даже птиц, у других челюсти были пустыми, зато животы едва не волочили по земле. Олег услужливо объяснил, что так анты переносят мед и воду.

Сам он взял походный котел, заметил, откуда бегут анты с раздутыми брюшками, и вскоре вернулся с полным котелком холодной ключевой воды. Костер освещал небольшую площадку, дальше была тьма, в которой страшно шуршало и двигались сгустки мрака. Томас завизжал, когда внезапно из темноты выдвинулась громадная литая голова, похожая на наковальню, гибкие усики дотянулись до Томаса, задвигались, пробуя на ощупь струи нагретого воздуха. Томас превратился в камень, когда сяжки с металлическим скрежетом поползли по его доспехам, пощупали ноги и грудь. К счастью, муравей задел забрало, оно с лязгом упало, отгородив лицо Томаса от мира, и когда ант ощупывал голову странного существа, Томас лишь закрыл глаза и перестал дышать.

Муравей ощупывал Томаса придирчиво, в чем-то сомневался, начинал ощупывать снова, однажды даже схватил челюстями за руку, — Томас ощутил с предельной ясностью, что вздумай муравей чуть сжать жвалы, доспех хрустнет, как скорлупа перепелиного яйца!

Когда он умчался, Томас шумно выдохнул, трясущимися пальцами поднял забрало:

— Драконов бы так не испугался!

— Не зарекайся, — сказал Олег предостерегающе. — Нам идти через горы, а там драконов больше, чем летучих мышей.