Святой Грааль

Желтая стена вырастала, Томас обратил внимание на раскидистые деревья с толстыми стволами. Ближайшие торчали из самого блестящего вала, средние содрогались от тяжелых ударов — сверху часто скатывались огромные золотистые глыбы. Лишь третий ряд деревьев оставался цел. В безлесной степи росли только здесь, вокруг золотистого вала. Томас заподозрил, что муравьи нарочно принесли из дальнего Леса отборные желуди.

Олег начал сворачивать, иначе уперлись бы прямо в невыносимо блестящую на солнце стену. На верху вала время от времени появлялись черные рыцари, в жвалах блестели крупные валуны. Некоторые хмуро посматривали на странных существ, поводили длинными металлическими сяжками, другие просто разжимали челюсти, а валуны катились, подпрыгивая на неровностях. Иные застревали, блестя особенно ярко: свежие, умытые подземной водой.

Одна глыба неслась, подпрыгивая, пока не докатилась до молодого дубка, мимо которого шли Томас и Олег. Дубок вздрогнул от удара, брызнул соком из ссадины.

Солнце медленно опускалось к виднокраю, верхушка вала горела нестерпимым красно-оранжевым светом. Томас обеспокоенно вертел шеей, пытался ускорить шаг. Сказал в страхе:

— Уйти не успеваем?..

— Заночуем здесь, — согласился Олег.

— Среди этих чудовищ?

— Предпочитаешь вернуться?.. До Леса ближе, а владения этого племени тянутся еще на три-четыре дня пути.

Томас нервно оглянулся на огромный вал, мимо которого шли, отпрыгнул от катящейся прямо на него глыбы:

— Ладно, пойдем дальше. Надо идти, как говорят на Руси. Авось образуется!

Олег сосредоточенно молчал. Они шли до тех пор, пока солнце не скрылось за виднокраем, а по степи легли сумерки. Не сговариваясь на ходу начали подбирать сухие ветки, а когда набрали полные охапки, устроились на привал. Олег наконец-то воспользовался луком: священные или несвященные зверьки, но странники муравьиному богу не клялись в верности. В знак почитания оставят в жертву лапки и косточки. А если попадется птица, то перья.

Когда разгорелся костер, Томас закатал в глину убитого варана и двух худых уток, что осмелились пролететь над головами, сунул между углей, присыпал горячей золой:

— Теперь мы защищены!.. Огонь — это огонь. Никакой зверь не сунется. Даже муравьи. Все-таки не люди… Или люди?

— Кто знает, — ответил Олег, пожимая плечами. — Всякое говорят. Знаю лишь, что боги создали их намного раньше нас, людей.