Святой Грааль

Когда приближался к дверям, там пустело, по ступеням часто стучало, словно рассыпали горох, и горошины катились до самого подвала.

От дальней двери донеслось тяжелое звяканье. Появился высокий человек, настолько закованный в железные доспехи и похожий на металлическую статую, что Олег невольно повернул голову, проверяя, на месте ли Томас. Томас, весь в лохмотьях и с голыми руками и ногами, скривился в понимающей усмешке. Блестящее железо закрывало рыцаря с головы до пят, но забрало поднято, открывая узкое обветренное лицо, красное, немилосердно обожженное южным солнцем. Глаза его были серыми, цвета древесной коры. Когда он шагнул в зал, за плечами появились воины, в руках блеснули мечи и тяжелые топоры.

Один из воинов держал ярко пылающий факел, но лицо рыцаря оставалось в тени.

— Кто такие? — прорычал рыцарь.

Ладонь лежала на рукояти огромного меча. Голос был похожим на львиный рык, и сколько Олег не вслушивался, не уловил растерянности или страха, которые часто прячутся под мощным ревом, только удивление и любопытство. Он промолчал, собираясь с мыслями, а Томас покосился на калику, ответил нарочито смиренно, передразнивая друга даже в интонациях:

— Мы… смиренные паломники… Идем от Гроба Господня в Русь. Живем аки птахи небесные: ходим по дорогам да кизяки клюем… Исчо хвалу Пресвятой Деве поем… Вериги носим…

Он поднял руки, демонстрируя стальные браслеты, растершие мясо до кости. Обрывки цепи звякнули.

Рыцарь неспешным шагом приблизился к столу, где сидел Томас. Доспехи звенели при каждом шаге, заставляя Томаса ревниво дергаться. Воины вошли следом, но рассредоточились под стенами, у каждого второго блистали копья с широкими сарацинскими наконечниками. Рыцарь остановился в двух шагах от Томаса, всмотрелся:

— Смиренные паломники?.. С каких пор сэр Томас Мальтон из Гисленда, что на берегу Дона, стал смиренным странником?.. Раньше даже спать ложился не с девкой, а с мечом!

Томас вздрогнул, но не поднялся, ответил медленным контролируемым голосом:

— Как видишь, сэр Бурлан, я без меча.

Рыцарь произнес неприятным голосом, где просвечивается издевка:

— И без девки. Правда, с другом паломником… гм… кто лихорадку здесь подцепит, кто гадкие привычки… Меч потерял?

Томас вспыхнул, кровь мгновенно прилила к щекам, но с явным усилием заставил себя расслабить плечи, ответил ровным голосом:

— С помощью Пресвятой Девы мы добиваемся своего и без мечей. Народец вокруг подлый, а свой благородный меч я обнажаю для благородных противников.