Боярич

Последние два дня она не отходит от меня ни на шаг, но при этом напрочь отказывается говорить о причинах такого поведения. Только вздыхает и отводит глаза. Я пытался было привлечь к этому делу Ольгу, но она, коротко переговорив с Милой, покачала головой и посоветовала оставить пока все как есть. Мол, у девушки стресс, но скоро она оправится… От чего? Вроде бы в бункере я был с Линой, но та себя так не ведет. Малина Федоровна, в отличие от сестры, предпочла прятаться от меня, словно ребенок от папы, пришедшего проверить несделанное домашнее задание… Только на тренировках ее и вижу. Но занимается Лина исступленно, чем-то напомнив мне Кирилла, когда он рвал жилы, осваивая свой невеликий потенциал. Хм…

За размышлениями я не заметил, как добрался до кабинета Бестужева-старшего, из окна которого Ольга меня и звала.

– Ольга, Валентин Эдуардович… – Я коротко кивнул присутствующим и, следуя предложению хозяина дома, уселся в легкое креслице у рабочего стола. Бестужев-старший покосился на Милу, остановившуюся в дверях и, покачав головой, указал ей на кресло в углу комнаты, где девушка и устроилась. Молча и тихо… М-да уж.

– Кирилл, мы тут поговорили с Ольгой… – протянул Бестужев, и я напрягся. Что-то было в его тоне, м-м-м… настораживающее, я бы сказал.

– И… – с намеком проговорил я, поторапливая замолчавшего боярина. Тот в ответ усмехнулся, словно вспомнив что-то забавное, и, пожав плечами, договорил, уже совсем другим, расслабленным тоном. – Дети рассказали мне, во сколько роду Громовых обходится обучение Милы и Лины… Сумма, конечно, впечатляющая, но… я готов потянуть и не такую. В отличие от многих и многих, я прекрасно представляю себе настоящие возможности эфирников. Ольга – вой, уверенный середнячок. Ей даже к границе с гриднем не подойти. И она уже почти добралась до своего потолка. Эфир же серьезно расширит ее способности. Леонид… ну, думаю, о нем говорить пока рановато.

– Хотите предложить мне взять в обучение Ольгу, – со вздохом проговорил я, и Бестужев кивнул. А Ольга аж вперед подалась… что с ее формами выглядело м-м-м… Господи, избавь меня от соблазна!

Я прикрыл глаза и попытался успокоиться. Нет, все-таки что-то наши мамы точно перемудрили…

– Кирилл… – Обеспокоенный голос Бестужева-старшего вывел меня из медитации.

– Да. Я здесь. – Открыв глаза, я вновь вздохнул и повернулся к старательно поправляющей полы сарафана Ольге: – Ты этого действительно хочешь?

– Да, – коротко и ясно.