Миротворец

А «языки» мне ну очень нужны были! Рассмотрел лежащих без сознания, и убедился, что был прав. Один ещё достаточно молодой, лет тридцати, одет был дорого-богато. Даже пряжка на ремне золотая. И графская лилия на рукаве. Второй в плаще мага, пожилой, если не сказать старенький. И явно хорошо о землю приложился. Потому, чтобы не окочурился раньше времени, я к нему амулет исцеления приложил. Потом одного за другим перетащил подальше в лес, связал аккуратно и оставил лежать, приставив к ним Здика. А сам пошёл и на месте засады ещё десяток мин уложил.

Назад возвращался уже в сумерках, услышав от Тироля конский топот – то, видимо, возвращались уехавшие вперёд две тысячи кавалеристов. Решив, что видеть их не хочу, быстренько умотал в лес и вышел на полянку. А там смотрю, пленные мои беседуют. Подошёл, улыбнулся пошире, чтобы языков расположить, и говорю:

– Ну, здрасте-здрастье, люди добрые. Давайте знакомиться. Я – Каратель!

Смотрю, лежат, моргают, и молчат, как в огороде бузина. Нахмурился, и продолжаю:

– Так дело не пойдёт, товарищи пленные! Давайте сразу договоримся – чтобы не пришлось вас пытать, я спрашиваю, вы отвечаете.

В приличных домах парижа и лондóна это называется диалогом, а по-нашему светской беседой.

Присел на корточки, ткнул указательным пальцем в молодого:

– Представьтесь, будьте любезны!

Пленник побледнел ещё больше, но заговорил чётко и ясно:

– Я командир гвардейского корпуса Его Величества короля Тэнебери Казиуса Троана граф Артус Кривье!

– Давайте без лишних титулов, граф.

Я если свои перечислять начну – утро настанет. Можете называть меня герцогом, либо Белогором. Извините, но по имени меня называют только друзья, к коим причислить вас, увы, не могу, по вполне понятным для вас причинам.

Граф кивнул и неожиданно спросил:

– Вы не могли бы развязать его магичество господина Орнона? Он человек пожилой, и лежать связанным ему не по статусу. Я уверен, он даст честное слово, что не причинит вам вреда!

– Очень благородно с вашей стороны просить за другого, и не просить за себя! – улыбнулся я, а потом разрезал верёвки и на маге и на графе.

И, увидев недоумённый взгляд Кривье, пояснил: – Поверьте, граф, вы для меня не опасны ни вдвоём, ни поодиночке. Потому просто посоветую вам не делать глупостей и присаживаться к костру. Поужинаем немного.

Разложив нехитрую снедь, спросил тихо:

– Здик, где конница?

– Проскакали к основному лагерю, Серж! Место засады объехали по широкой дуге.